Михаэль пытался понять, какую пользу можно извлечь из нападения этих дамочек. Небольшой отряд остроухих им удалось победить, и пленников везут уже не в Город эльфов. Неопределённость вновь встала на пути Михаэля Зингера. Опять они с Дитрихом не знали, куда направляются. Взвод погиб в первые минуты пребывания на территории W-51. На это хитрый майор не рассчитывал. И теперь ищет выход. Зараза, никак не находится. В распоряжении Михаэля имелась ночь.

А затем план должен претворяться в действительность.

– А-а!
– истошно вопил Руди, брыкаясь конечностями.
– Где винтовка? Всех на хрен поубиваю!!!

Продолжая орать, снайпер вскочил, больно приложившись о корягу, рядом с которой и улёгся на ночлег. Забыв про боль, (куда там!) схватил валявшийся рядом "Kar-98". Дослав патрон в ствол, Руди принялся искать жертву. Но в пределах прямой видимости обнаружился только Ганс.

С пулемётчика впечатлительный скульптор сделает статую. И на табличке ровными буквами напишет - "Удивлённый человек с кувшином воды". Хотя... надо поискать скульптора, умеющего передать взгляд Ганса. Так что про статую пришлось забыть.

Узрев выражение глаз товарища, снайпер окончательно проснулся.

Ганс во время дозора обнаружил ручей с чистейшей питьевой водой. Совсем неподалёку - в паре сотен шагов от места ночлега. И сказал об этом Клаусу. Тот побежал мыть сапоги. Не в самом ручье, естественно, не вандал ведь, аккуратно - тряпочкой. Но, прежде чем исчезнуть, Рыжий попросил пулемётчика разбудить Рудольфа.

Относительно вежливые просьбы "поднять задницу с травки", толчки под бок и прочие малоубедительные средства действовали слабо. Тогда разозлившийся Ганс не поленился сходить к ручью за водой. Набрав полный кувшин, окатил ничего не подозревающего, мирно храпящего снайпера.

Первые две-три секунды соня не подавал признаков беспокойства. Затем, видать, что-то почувствовал. От очень неприятных сновидений, посетивших Рудольфа этой ночью, похоже, забыл, где находится. Остальное известно - снайпер принялся хвататься за оружие, кричать, словом, делать всё, что могло удивить или напугать Ганса.

Последний всё понял.

– Прошло?
– сочувственно спросил пулемётчик.
– Очнулся?

– Вроде да, - неуверенно пробормотал Руди.
– Настанет моя очередь будить, я поступлю так же.

Ганс хмыкнул. Уж он-то не залёживался допоздна. Никогда. А Руди по-настоящему любил две вещи - поесть и поспать. Впрочем, второе чаще всего являлось следствием первого.

– Пошли, позовём Рыжего, - Ганс махнул в сторону ручья.
– И завтракать.

– Завтракать?
– оживился снайпер.
– Вперёд!

Доедая копчёное мясо, экспроприированное у расстрелянного гнома, Клаус расслабился. Такое чувство, упустил нечто... возможно, даже важное. А возможно, и нет. Какая-то мелкая, исчезнувшая в круговороте событий деталь, не совпадающая с... с чем же?

Ганс мыл руки после еды. Рыжий подливал из кувшина, и пулемётчик жалел лишь о том, что нет полотенца. Но на войне и не к такому привык. Бывало и хуже.

– О!
– автоматчик понял, что не давало ему покоя.
– Кувшин! Откуда? Я такого не помню.

Из него Ганс окатил спящего Рудольфа. Откуда мог взяться? Уж точно не у солдат немецкой армии. А вчера у гнома его тоже не обнаружилось.

– Как откуда?
– ответил пулемётчик.
– У бородатого урода позаимствовал.

– А почему я не слышал упоминания о нём? Вчера, когда Руди рылся в вещах пленного?
– Клаус с задумчивым видом почесал в затылке.

– А его не интересовало всё, что не связано непосредственно со жрачкой, - ухмыльнулся Ганс.
– Вот мясо сразу заметил, ну и деньги, мне же не оставалось ничего иного, как взять этот кувшин.

– И чем он тебе так приглянулся?
– фыркнул Рыжий.
– Деньги и мясо пользу приносят, а воду можно и каской зачерпывать. Только тяжесть лишняя, и объём. Охота же таскать...

– Ни хрена ты не понимаешь в искусстве, - пулемётчик погладил ёмкость по расписанному сложнейшими узорами боку.
– Смотри, как художник работал! За это в любой антикварной лавке знаешь, сколько дадут?

– Сколько?
– поинтересовался Руди.

– Немало, - после секундного раздумья ответил Ганс.
– У меня дед антикваром работает, так что я отличу ерунду от стоящего экспоната.

– Искусствовед чёртов, - протянул руку Клаус.
– Может, и впрямь ценная штука. Реликт... только сомневаюсь, что ты доберёшься до антикварной лавки. По крайней мере, в ближайшем будущем.