— Зачем ты сбрил волосы?

— Вы же приказали, — пожал плечами великан, откусывая от моркови большой кусок. — И знаете, кир Алан, вы были правы. Так намного удобнее.

К ним подбежал Берт, на ходу завязывая пояс. Он низко поклонился конту, при этом косясь на Нанни.

— Ужин накрыт, господин. Позвольте мне сказать вам несколько слов наедине. Это касается вашего сына…

Они отошли в сторонку и Берт что — то быстро зашептал. Конт, внимательно его выслушав, улыбнулся и кивнул.

— Иди и поздоровайся с матерью. Кир Кайрат, приглашаю выпить со мной того вина, что ты прислал мне когда я болел.

— Неужели «Золото долины»? — барон радостно потер руки, устремляясь за контом. — Не думал, что ты его до сих пор не откупорил.

Его дама растерянно похлопала глазами, но приглашения так и не дождалась.

Странно он себя ведет. Насколько удалось выяснить Виктории, от настойки нет противоядия. Неужели они ошиблись?

— Иверт, Рэй, присоединяйтесь.

Проходя мимо ксенов, конт бросил внимательный взгляд на Искореняющего, но тот еще ниже опустил голову, не давая не единого шанса рассмотреть, кто скрывается под капюшоном. И чего она нервничает? Не может быть, чтобы Алвис рискнул появиться в Крови после всего что было.

В столовой был накрыт стол и стояло четыре стула. За каждым стулом застыли слуги в синих передниках. Виктория про себя усмехнулась. Вот сейчас и проверим, как официанты усвоили уроки. Если Рэй и Иверт и были удивлены, то виду не подали. Зато барон Линь следил за происходящим с нескрываемым интересом. Конт подошел к столу и непринужденно присел на стул, дождавшись, когда слуга его подвинет. Остальные последовали его примеру.

— Ну что же, выпьем за твое здоровье, друг! — барон нетерпеливо потянулся к кувшину.

Алан укоризненно на него посмотрел и махнул слуге. Стоящий за спинкой стула барона парень с улыбкой налил вино в высокий кубок и, наклонившись к уху Кайрата, поинтересовался:

— Кир Кайрат, что желаете откушать? Рекомендую баранину под травяным соусом, она сегодня очень нежна.

Линь от удивления только кивнул головой. Виктория про себя хохотала, небрежно указав своему официанту на мясо и запеченные овощи, она произнесла:

— Не очень много, любезный, я не хочу наедаться на ночь.

Следом за контом и остальные сделали свой выбор. Да, официанты вышколены отлично. Осталось мелочь — вышколить так же местную знать. А то вон, ест руками и ложкой, словно никогда не видел в глаза вилку. Ну и что, что она двузубая, но ведь вилка же! Кстати, надо поговорить с кузнецом и уточнить, как там продвигается ее заказ.

Кайрат смотрел на конта с нескрываемым удивлением, а Алан непринужденно и легко орудовал вилкой и ножом. Уж это умение Виктории привили с детства. Отец никогда не садился за стол, если он не был полностью сервирован.

— За дружбу! — Конт поднял кубок.

Три взгляда не отрываясь следили, как Кайрат с удовольствием допивает вино.

— Все же это лучшее вино на фронтире, — произнес барон, подставляя кубок слуге и с удовольствием наблюдая, как в него льется янтарная жидкость.

Конт переглянулся с Ивертом и отпил из своего бокала. Хорошо, что Райка смогла найти еще два неучтенных бочонка этого вина. После того как Алана едва не отравили, она устроила настоящий обыск и обнаружила в кабинете отца маленький погребок, в котором стояли в ряд небольшие бочонки с вином. Семон их все проверил, и теперь Виктория безбоязненно пила вкуснейшее на фронтире легкое вино. Именно об этом ей шептал на улице Берт. Вино напоминало «Сангрию» — слабое, с привкусом меда. Действительно очень вкусное. Глядя на хозяина и остальные гости потянулись к кубкам. Постепенно разговор перекинулся на события, произошедшие в Рогане. Кайрат интересовался всем — кто поднял бунт, кого конт казнил, не будет ли продавать рабов, и если будет, то по какой цене? Виктория сделала неприятный вывод: барон знал не меньше, чем она, а может даже больше. Ему уже было известно о смерти младенца, и теперь он спрашивал, не хочет ли конт продать замок и земли. Затем разговор плавно перешел на предстоящий прием. Барон был дружелюбен и весел, а конт задумчив и серьезен.

Виктория думала. Если Линь прислал чистое вино, а судя по его поведению, так оно и есть, то значит, его отравили уже здесь, в Крови. Когда? Сразу по прибытию или вчера непосредственно перед тем, как налить конту? Но если вчера, это могли сделать только кухарки или Саника. Райке она верила как самой себе, а вот Саника и девушки…

Видно, такие же выводы сделал и Рэй, потому что он исчез еще до того, как конт пошел провожать «друга».

А еще не давал покоя Виктории брат Искореняющий, и именно к нему она направилась, когда Линь наконец — то собрался уезжать.

— Что привело тебя в Кровь, брат? — обратился конт к сидящему на высоком рыжем жеребце ксену.

— Я привез письмо для брата Турида, — голос из — под капюшона звучал глухо и незнакомо.

— Я хочу видеть твое лицо. — Боковым зрением конт заметил, как в раскрытые ворота выезжают воины барона и его пассия, ксен тоже развернул коня, но Алан ухватил лошадь под узды, не давая ей двигаться. — Открой лицо, брат.

Ксен наклонился и протянул конту какой — то предмет, Алан машинально его взял. Тяжелый.