— Четыре зуба, — говорит Биби, пожимая плечами. — Но очень крепкие.

— Она ест как Фортис, — говорит Лукас. — А то и хуже.

— Вот спасибо тебе за это, приятель, — качает головой мерк.

— Ты имеешь в виду, что она громко жует? — усмехается Биби. — А слышал бы, как она пукает!

Фортис закатывает глаза.

— Как ее зовут? — спрашивает Лукас.

— Пинг, Чинг и Чанг, — отвечает Биби, показывая на всех слонов по очереди. — Они никогда не ходят друг без друга. Их семьи жили вместе на протяжении многих поколений.

Тима подходит ко второму животному, тянется к его хоботу. Уши Чанг осторожно приподнимаются в ответ на ласку девушки.

— Эта слепая, но она всегда держится в середине. Другие за ней присматривают.

— И сколько им лет?

— Больше, чем тебе. Больше, чем мне. Они старше, чем Тот День. — Биби кивает. — Да, эти девочки видели все.

— Как ты сумел раздобыть трех слонов за какую-то неделю? — скептически интересуется Фортис.

Биби пожимает плечами:

— Я знаю одного монаха, который знаком с другим монахом. А тот знаком с одним фермером. А тот знает парня, который спасает слонов. Мы должны их вернуть через неделю, или придется платить двойную цену. — Он похлопывает Фортиса по щеке. — А это, я предполагаю, придется сделать именно тебе, мерк. Само собой.

— Само собой. — Глаза Фортиса вспыхивают. — Предоставь это мерку. Мерк, он обо всем позаботится.

И вот так они цапаются остаток утра, да и каждое утро тоже.

Но прежде чем солнце успевает забраться выше в небо, на Пинг, Чинг и Чанг уже наброшены толстые веревки, привязанные к крюку, который укреплен на центральной бамбуковой мачте нашего плота. Мы складываем припасы в центре — в основном это корм для слонов, — и к тому времени, когда сами забираемся на наше плавучее средство, плот погружается на несколько дюймов под воду. Фортис кривится, и они с Биби начинают перераспределять вес. И постоянно при этом ругаются, как старая супружеская пара.

Нам, похоже, предстоит долгий путь.

Тима так же недовольна всем, как и Фортис.

— Не думаю, что это справедливо, правда! Слоны вовсе не обязаны тащить что-то настолько тяжелое вверх по реке!

Мы все смотрим на Биби, когда Тима говорит это, но Биби лишь пожимает плечами:

— А чего ты от меня хочешь? Чтобы я тоже тащил плот вместе со слонами?

— А что, — поддерживает Фортис. — Отличная идея!

Биби в ответ лишь смеется и чистит еще один банан, который Чанг ловко ворует у него, прежде чем он успевает откусить кусочек.

Часом позже Пинг, Чинг и Чанг уже влекут нас вдоль берега. Мы плывем следом, привязанные веревками, как будто они ветер, а мы парусник. Тима решает, что наука должна высказаться в пользу реки.

— Поскольку настоящий вес несет вода, а не слоны, — поясняет она.

И снова Фортис с насмешливым фырканьем тычет Биби кулаком в бок, да так, что плот едва не разваливается.

Потому что, как это и выглядело при первом взгляде, на самом деле он представляет собой просто несколько десятков бамбуковых шестов, связанных между собой и пропитанных чем-то вроде смолы.

Конечно, никому из нас и в голову не пришла бы подобная конструкция, когда Биби впервые произнес слово «лодка».

Однако тот накидал на плот подушки с пола своей классной комнаты, и когда я на них уселась, то подумала, что здесь не так уж и плохо. Куда хуже было бы, если бы пришлось идти пешком. Как ослики, вспоминаю я. Как грузовые корабли. Как вагоны на Трассах Посольства. Как разбившийся «шевро» или вертолет. Иной раз дюжина-другая бамбуковых палок бесконечно лучше любой альтернативы.

— Эти подушки — отличная идея, — бормочет Фортис.

— Они не для твоего удобства, они для маскировки, — говорит Биби. Я замечаю наконец под подушками пестрые коврики. — При первом тревожном знаке ты исчезнешь под ними. Хотя я не ожидаю каких-то особых проблем, — добавляет монах.

— Да и с чего бы тебе их ожидать? — улыбается Фортис.

Вода колышется перед нами, широкая, плоская, глубокая. Воздух настолько насыщен влагой, что мы как будто вернулись домой. Над поверхностью трепещут стрекозы.

Лежа рядом с Лукасом, глядя в облака, я вдруг осознаю, что мы по-настоящему не разговаривали уже много дней, с того самого момента, когда прятались под причалом.

Но мы ведь и нечасто остаемся наедине. Ро об этом в особенности заботится.

Я смотрю туда, где на краю плота сидят Ро и Тима, свесив ноги в воду. Потом, переведя взгляд снова на облака, протягиваю руку к руке Лукаса.

Всего одно прикосновение. Всего одно, думаю я, когда мой мизинец цепляется за мизинец Лукаса.