В зале было пусто. Володя взглянул на часы. До назначенного времени оставалось еще десять минут.

Можно было и не спешить. Впрочем, шестьсот секунд ожидания деловой встречи — ничто в сравнении с месяцем тревог и переживаний. Неторопливым, долгим месяцем, почти ничем не занятым.

Всех дел: в меру сил помогать в поисках Леры и консультировать Хмелевского. И в первом, и во втором случае роль лейтенанту отводилась довольно скромная, вспомогательная. Ездить, когда Георгий находил очередную „Леру“, на опознание и присутствовать на допросах выловленных агентов, помогая древнему семиканальному полиграфу фильтровать ложь. Пока результативность поисков девушки была нулевой, а шпионы почти не пытались врать. Правда, Джерри и Анну схватить до сих пор не удалось, но Хмелевский ходом расследования был все равно доволен. А вот к вопросам о поисках Леры он относился довольно болезненно. И не потому, что ничего не получалось. Волк прекрасно понимал, в чем дело. Георгий не хотел отпускать Володю обратно. Без такого ценного консультанта дело могло заглохнуть, Хотя Волков и обещал не спешить с возвращением, появление Леры могло изменить его намерения. На эту тему он размышлял почти постоянно.

Что, если в Сиднее двести пятнадцатого года уже начался новый, решающий виток борьбы с северянами? На этот раз не за прошлое, а за будущее. Обойдется ли дело без Волка? В общем-то должно обойтись, но кто знает? Зашаталась же петля, когда спецназовцы похитили Кука из Мар-дель-Плата. И если сейчас нечто принципиальное, требующее Володиного присутствия, происходит во времени „Мегаполиса-5“, а он прозябает в дождливом конце сентября далекого, сто раз позапрошлого года… все предыдущие усилия могут пойти насмарку. Ведь спасти миры, их основы, еще не означает исправить ситуацию. Допустим, Новак справится с задачей и построит новый переход-„рассекатель“. „Прямой“ мир выживет, и все там будет хорошо, но петля… Ведь она только стабилизируется, выстоит, а этого мало. Если северяне продолжат свою экспансию, все прежние победы потеряют смысл.

Вывод прост: выиграть бой за прошлое мало, предстоит еще битва за будущее… Кто будет командовать „светлыми“ войсками в этой битве — Волк или кто-то другой — неизвестно, но участвовать в ней — дело чести. Вот только найти Леру, и надо будет срочно уходить.

— Привет! — В зал вошел Георгий. В руках у него были какие-то бумаги, и он на ходу читал последний из скрепленных листков. — Давно ждешь?

— Минут пять… Чем ты увлекся?

— А-а, так, текущие сводки. — Хмелевский уселся напротив Володи. — Ну что тебе сказать?

По его лицу было видно, что сказать он собирается много чего, но лично ему не все по вкусу. Это могло означать одно…

— Нашли?!

— Да. Твою подругу мы нашли. Это подтверждается не только сходством с фотороботом, но и точными ответами на твой вопросник, Она, конечно, сильно удивилась, но ответила честно и правильно. Вот ее портрет. — Георгий показал фотографию. — Она?

Без сомнений, это была Лера.

— Где вы ее нашли?

— Далековато. Но она в порядке. Ни в каком дурдоме ее не держали и ничем не кололи. Просто увезли к черту на кулички, в город у океана, и оставили в пустой квартире без денег и документов. В общем, ей тоже досталось, но не так сильно, как могло бы. Через три часа будет здесь.

— Я хочу ее встретить.

— Пожалуйста. Езжай в аэропорт, вечерний рейс из Владивостока. Только…

— Не волнуйся, сразу не сбегу, — заверил Волк. — Что еще?

— А еще вот… — Георгий протянул Волку бумаги. — Отчет о проверке математических выкладок Новака.

— Неужели разобрались? — искренне удивился Володя. — Насколько я понимаю, тема достаточно продвинутая.

— Поработать пришлось, как говорится, всем миром. Но разобрались, это верно. И выводы, прямо скажу, не очень… А в этой связи и перспективы нашего „прямого“ мира снова в тумане.

— Почему? Твои специалисты не уверены, что „рассекатель“ сработает? Или тебе не по душе мысль, что в „светлом“ будущем нашего мира твой „вероятностный двойник“ переедет на Мадагаскар?

— И это тоже. Хотя в первую очередь меня беспокоят другие проблемы. Например, несоответствия. Помнишь, ты говорил, что мы встретимся? Сначала здесь, потом в Гренландии, когда мне не удастся тебя… уговорить, а под занавес я высажу тебя на пустынном берегу…

— Помню. Такими нестандартными поступками ты будешь нащупывать путь к истине.

— Тогда скажи, зачем мне все это проделывать, если я буду точно знать, кто ты и в чем причина кризиса?

Волк задумался. Георгий был прав. Там, в недалеком будущем, федералы будут вести себя так, будто не знают ничего о петле и северянах. Словно роль Волка в их истории откроется им буквально за сутки до катастрофы, да и то лишь в общих чертах. Почему?

— Теряюсь в догадках.

— А еще скажи мне, почему в первое свое прибытие ты оказался в городе, абсолютно непохожем на этот?

— Оно состоится через год.

— Неужели он мог так измениться за год? Ты рассказывал о жилых кварталах на том берегу реки, о станциях метро и Доме культуры. В нашем городе все это есть, но… Метро не идет до того дома культуры. Его конечная станция расположена километра на четыре ближе к центру.

Чекист положил на стол открытку — календарик со схемой метро и постучал пальцем по обозначению конечной.

— Странно. — Волк припомнил названия якобы следующих станций. „Горького“, „Учительская“… Георгий снова был прав. — И что это может означать?