Так мы попали в гости. Домом Крамвель называл хлипкую хижину, к которой был пристроен довольно крепкий сарай, где хранилась куча всяких вещей и продуктов. Он накормил нас вкусной густой похлебкой с какими-то местными пряными травами, найденными на самых вершинах сопок, где не бывает ничего, кроме мха. Крамвель оказался любителем поговорить, даже странно, что такой общительный человек убрался прочь от людей и подался в отшельники. Правда, сам он заявил, что болтает только раз в год, когда его навещает кто-то из своих, в остальное время молчит целыми днями.

Оказалось, стани, которых он, по собственному выражению, «пасёт», отбывают срок тут, занимаясь тем, что он велит, а не работая на людей. Почему? Просто ему так захотелось, этого объяснения, похоже, для обычного некрогера было вполне достаточно.

В общем, принял он нас доброжелательно, хотя то и дело настороженно поглядывал. На меня. Не знаю, что не так, хотя нет, знаю. Похоже, для Яниса довольно необычно было взять да и заявиться в гости в компании девушки. Похоже, раньше сюда он никогда никого не приводил. Да и вообще, ни в чьём обществе не путешествовал.

Как бальзам на душу. Да, он был одинок… давно, но теперь есть я и больше он одиноким не будет!

Когда стемнело и стало по-настоящему холодно, я сдалась первой, ушла спать в хижину, а Янис с Крамвелем остался сидеть на улице, у костра, который мы развели после ужина, чтобы не замерзнуть, потому что в хижине не развернуться, а посидеть с комфортом и поболтать хочется. По крайне мере Крамвелю точно.

Свежий воздух и целый день езды, приправленные плотным ужином и, как это ни странно, хорошей компанией заставил глаза слипаться, хотя обычно я, то есть мы, ложились куда позднее.

Я задремала, то и дело просыпаясь, когда раздавался слишком громкий голос Крамвеля или особо сильно стреляло полено в костре.

Удивительно, как тут, в хижине некроманта было спокойно. Ещё бы, под охраной двух магов, а там дальше, за ними ещё кольцо поднятых – это вам покрепче целой армии.

Сквозь дрёму то и дело прорывались обрывки рассказов.

Крамвель травил некромантские байки.

– Представляешь, а у него все кишки наружу! Стою и думаю – назад заталкивать или совсем выковырять? И то и другое неохота, руки пачкать, но срок отбывания назначен, чего делать, поднимать так и так нужно.

– И чего сделал?

– А, так и оставил… Поднял да на работы погнал. Кишки сами со временем отвалились.

Я зажмурилась, отворачиваясь к стенке и приказывая себе спать. Мне пока сей юмор не совсем понятен. Но не отрицаю, что однажды наступят времена, когда я буду хохотать над подобными историями, как оголтелая.

– …и вот, вдова его мне и говорит: «А можно мне его в аренду взять? Он, скотина, всю жизнь мне испортил, домой приходил только пожрать да денег вынести, так что он мне задолжал». Задолжал, понимаешь? Я, говорит, хорошо заплачу. Ну, я согласился, конечно, оставил его на два месяца, приезжаю потом – стань в доме ремонт сделал, забор поставил, в общем, отработал, как мог. Ну и хлипкий совсем стал, еле на ногах держится, весь дрожит. Мне тогда впервые казалось, что стань меня о чём-то умолял… По крайней мере, колени у него так тряслись, когда он ко мне шёл, что взыграло чувство солидарности. Забрал, в общем, его. Вон он там… в синих штанах, смотри, каким счастливым выглядит.

В какой-то момент я заснула крепко. Успела согреться под одеялом, увидеть что-то хорошее, раскрыться и замёрзнуть…

– Вот так это и произошло.

Негромкий голос Яниса моментально пробудил меня ото сна. И отчего-то я застыла, кутаясь в толстое одеяло, выданное Крамвелем, и зажмурившись, хотя сквозь веки всё ещё проникал трепещущий свет горящего костра. И слушала…

– Всё свое одиночество, всё свое отречение я направил на неё. Как будто загорелся свет, которого я больше никогда не должен был видеть. Вспыхнул во тьме, яркий, жаркий. Сам не понимаю, как это произошло. Без меня, вероятно, ей будет лучше, но я уже не могу её отпустить. Каждый раз, когда она спит, я смотрю на неё и думаю, что не зря, видимо, от некромантов стараются держаться подальше. Мы пачкаемся смертью и пачкаем остальных… и как приносить это к ней? Домой? Приходить после работы, распространяя вокруг пыль тлена?

– Ну, ты не передергивай, - неожиданно спокойно ответил Крамвель. – Я знавал некромантские семьи. У одного моего друга… дальнего была жена и двое детей. Так что ничего в этом сверхъестественного нет.

– И много ты таких семей знаешь?..

– Одну. Судя по вам, две.

Вот теперь по голосу Крамвеля понятно, что мы приехали не к шуту, а к некроманту. Что он не зря тут сидит, он занимается предназначенным – занимается так, как может. Вдали от людей. И многое понимает, видит многое, чего не увидела я.

Похоже, Янису тоже непросто даются наши странные отношения. Ну да, жена брата… он хоть и молчит, но данный факт не может на нём не сказываться. И тут я ничем не помогу… Хорошо, что мы завернули к этому отшельнику, Янису, похоже, нужен был разговор с себе подобным. Нужно услышать, что мы имеем право быть счастливыми как пожелаем, и ни у кого не должны спрашивать разрешения.

Жаль только, что я не могу помогать ему всегда и во всём. Хорошо, что Крамвель может облегчить ношу, о которой мне никогда не скажут вслух.