Ромунд вложил в удар всю злобу и всю тоску, накопившуюся за время проклятого похода. Сконцентрировав поразительную мощь, высосав последние силы из жил, он сгустком энергии шарахнул по Вильгельму. Раздался треск, воздух раскалился до предела, отчего кожу пронзила жуткая боль. Обессиленное тело больше не могло подчиняться Ромунду, и он упал. Окружающее заполнил дым. Ничего в метре не было видно. Даже яркое свечение Источника было не в силах пробить пелену.

– Как глупо, – прогремел голос в тишине. Из-за заложенных от взрыва ушей он казался невообразимо далёким, – ты совершенно не понимаешь, что я тебе предложил. Ты не понимаешь, каким могуществом я обладаю. Все Отцы Ордена, вместе взятые, ничто перед моими силами. Ничто, понимаешь? – Вильгельм вышел из дыма и завис над Ромундом. Его глаза горели лиловым огнём, прожигая пространство чудовищной силой. Теперь маг понимал, что, не будь у него ментального блока, эти глаза читали бы его душу. – А ты решил убить меня, тупой магией. Хотя бы сплёл заклинание, – Вильгельм вскинул руку и в его ладони начал сгущаться мрак. – К счастью, подобные тебе ещё существуют. Мало, но есть. А тебя оставлять в живых больше нет смысла.

Вильгельм медленно замахнулся и Ромунд зажмурил глаза. Он ужасно устал и не мог защититься. Только беспомощно поднял над головой руку.

Но вместо прихода ужасной смерти и собственного крика Ромунд услышал чьё-то грязное ругательство. Взвизгнул разрезаемый сталью воздух, и кошмарный по тоске вопль вырвался из чьей-то груди. Юноша от неожиданности сначала зажмурился ещё сильнее, но когда всё стихло, медленно открыл глаза. Сбоку от него лежало тело. Приглядевшись, Ромунд узнал Вильгельма! Его глаза туманным стеклом уставились в грязный пол. Мощь и сила улетучились в одно мгновение.

– Самовлюблённый ублюдок, – сказал женский голос. Ромунд поднял глаза, и в рассеянной дымке увидел Алису. Устало поглядывая на него, она вытирала лезвие короткого меча. – В наше время слишком много сумасшедших. Пускай останется как можно меньше.

– Но…

– Да, на него не повлияла колоссальная мощь магии, которую ты направил на него. Однако он был к этому готов. А к удару в спину простой железкой – нет. Он так был сконцентрирован на тебе, что не почувствовал присутствие ещё одного человека.

Ромунд поглядел на тело Вильгельма. С первого взгляда никаких ран не было видно, но растекавшаяся под ним лужа говорила об обратном. Подобравшись поближе, юноша осмотрел труп и подметил небольшую рану в районе поясницы. Хотя нет, чуть выше.

– Ничего себе удар. Через спину до сердца, – пробормотал Ромунд и с уважением посмотрел на девушку. Совершенно не верилось, что это хрупкое создание могло вот так, с одного удара, подрезать человека.

– Благодарю, коллега. Я тоже не промах.

– Постой, постой! Почему коллега? – нахмурился Ромунд.

Девушка улыбнулась, но не ответила. Впрочем, юноша сам понял.

– Так они тоже втянули тебя в эту историю?!

– Да, довольно давно, – неопределённо ответила девушка, и, развернувшись, пошла в сторону Источника. С трудом поднявшись, Ромунд заковылял за ней.

Остановившись шагов через пятнадцать, она нагнулась и подняла с пола сумку. Ромунд подметил, что в этой части зала как-то странно преломлялся свет от Источника, и на уровне пояса разглядеть что-либо было практически невозможно. Значит, здесь девушка и пряталась, пока Вильгельм вёл задушевную беседу.

– Но, в отличие от тебя, я имела чёткую цель и поставленные задачи. Внедрилась, попала в штат, продвинулась по службе аж до начальника Лазарета (кто бы стал подозревать душку-санитара?). Вынюхивала, что могла. Затем при общей панике впала в сон. К счастью, выжила. Теперь смогу подсобить тебе.

– Выбраться?

– Выбраться ты сам знаешь, как, – сказала она, закидывая сумку на плечи, – думаю, теперь наше командование будет ждать нас с распростёртыми объятьями.

– Но я солдат Республики. Если не вернусь в строй и отправлюсь в Умрад, то меня схватят, как дезертира… Разговор будет короткий.

– Если ты вернёшься к армии, которая, по моим подсчётам, уже на полпути к Кандуру, тебя сначала допросят с пристрастием, а затем уберут. А может, сразу уберут. Мало ли: сболтнёшь лишнее.

Ромунд вздохнул и поник. А ведь он лелеял надежды обнять Эмми. Как она там? Глупышка, сунулась на эту войну. А вдруг её нет в живых? Вдруг её захватили в плен? При таких мыслях боль тисками сводила желудок. Суждено ли им быть вместе? Или всё, что произошло между ними – всего лишь пшик, недолговечные эмоции, рождённые на фоне накативших обстоятельств?

– Честно говоря, я не до конца понимаю, где друзья и где враги, – при этих словах Ромунд повернулся к Источнику и вгляделся в туманное сияние. Никакой магии не чувствовалось, но мощь… Первородная Мощь!

– Во всяком случае, друзья те, кто не жаждет твоей смерти. Даже если Вильгельм прав; отправляя тебя в это жуткое место, командование отлично понимало всю важность миссии. Конечно, ты мог погибнуть, но это не делает начальство плохим. Есть цель.

– И её надо достичь. Я понимаю. Но какова эта цель, Алиса? Ведь Отцы Ордена тоже морочат голову малефикам мечтаниями о лучшем будущем, а сами, скорее, просто вкушают плоды власти.