– Томми, беги, тебе пора в школу, – велел он.

Томми как обычно послушался, но ощутил внезапный прилив возмущения, когда

за его спиной снова зазвучали голоса.

В зал Томми вернулся днем – взволнованный и любопытствующий. Марио и

Анжело – оба в рабочей одежде – стояли возле лестницы. Они повернули головы

на скрип двери, но и только, и Томми, разувшись, принялся ждать, пока что-

нибудь произойдет. Через некоторое время в зале появился Папаша Тони, а за

ним – Люсия. Папаша огляделся, и его широкие ноздри презрительно

затрепетали.

– Анжело, ты так жаждешь начать тренировку с хорошей полировки пола?

Люсия прикрыла рот рукой, пряча улыбку. Анжело, который, забывшись, потянул

из кармана пачку сигарет, поспешно затолкал ее обратно.

– Где Джонни? – поинтересовался Папаша Тони. – Он и его юная подруга не

собираются с нами тренироваться?

– Они попросили меня помочь с номером, – поспешно ответила Люсия. – Будут

репетировать по вечерам, чтобы нам не мешать.

Кинув на Анжело еще один быстрый взгляд, Папаша Тони проговорил:

– Очень хорошо. Давайте начнем. Посмотрим, что надо подтянуть до весны.

К тому времени, как они сделали перерыв, Томми был мокрый, запыхавшийся и

взвинченный. Ну, хотя бы стало понятно, что достается не только новичкам.

Сегодня Папаша Тони сосредоточился на Анжело, но Марио тоже перепало.

Анжело и Марио так рявкали друг на друга, что напоминали двоих молодых

львов. Что касается Томми, он получал жару от всех подряд: казалось, и пальцем

нельзя было двинуть без того, чтобы не заработать замечание.

Он устал так, как не уставал за всю жизнь. Шорты и футболка оставляли мокрые

следы на перекладине, каждая мышца болела. Но Томми был доволен: теперь-то

с ним точно не забавлялись.

Наконец, Папаша Тони мотнул головой.

– Иди вниз. Ты устал.

– Все в порядке, – неискренне запротестовал Томми.

Папаша сверкнул темными глазами.

– А я говорю, хватит! Ты начинаешь дрожать… а значит, скоро упадешь. Иди вниз

и надень свитер.

Но Томми забыл принести в зал свитер и тем самым навлек на себя одну из

легендарных вспышек Папашиного гнева.

– Значит, собираешься бегать по холодным лестницам весь мокрый? Bastа…

подхватишь пневмонию, так тебе и надо! И голые ноги! Только дилетанты и

женщины ходят с голыми ногами! Найди себе трико и без них не возвращайся, понял? Убирайся! Чтобы духу твоего здесь не было!

Скрываясь за дверью, Томми слышал, как сильный басовитый голос снова

отражается от стен.

– Анжело, per nome di Dio, ты в своей Мексике забыл, как спускаться? Вот

поскользнешься, и что станет с кожей на твоем запястье? И почему у тебя голые

запястья, где твоя защита? Считаешь, в первый день уже нарастил себе шкуру, как у бегемота? Марионетка на ниточке!

Томми захлопнул дверь, отсекая бешеный поток итальянской брани, но почти тут

же створка снова приоткрылась и тихонько закрылась. На площадку на цыпочках

вышел Марио.

– Решил смыться, пока он не начал называть всякими интересными словами и

меня.

Жизнь Томми быстро вошла в колею. Утренняя тренировка с Марио, школа, тренировка всем составом после обеда. Примерно неделей позже, ранним утром, когда Томми включил свет в зале – Марио обязали потренировать его лишний раз

– на лестнице послышались шаги, и в зал вошел Джонни. Он выглядел больше и

солиднее в выцветших трико, которые были когда-то красными.

– Не возражаете, если я присоединюсь? – неуверенно спросил он. – Стелла так

рано не поднимается. Могу побыть ловитором.

– Валяй, – небрежно бросил Марио. – Том, ты же не против?

– Нет, пусть будет.

– Тогда начнем. До сих пор я сам ловил парня, но лучше поработаю с ним на

мостике, а ты лови, – Марио взялся за лестницу. – Кстати, передай Стелле, что

она окажет мне большую услугу, если все-таки пару раз встанет пораньше и

потренируется с нами. Я учу Томми работать в ловиторке, но вес у него пока