И она была бы счастлива, так счастлива, если бы ее мечта – побывать здесь, увидеть все самой – сбылась вместе с ним… Но Медведя не было рядом… И вполне вероятно, больше никогда не будет…

Ангел почувствовала, как новый ком слез скопился у нее в горле и хочет выйти наружу то ли потоком рыданий, то ли банальной рвотой. Так паршиво ей никогда еще не было… Даже после того, как появилось Крыло. Да, она чувствовала тогда, что вся ее жизнь исчезает, летит под откос, отмирает – но лишь сейчас она поняла истинное значение всех этих слов. Без Медведя ее жизнь и правда переставала иметь всякий смысл.

Полет длился уже не первый час, но Ангел этого не замечала. Не было ни радостного возбуждения, ни предвкушения путешествия – ничего.

Ничего вокруг нее не было.

Ничто больше не имело смысл.

Она уже не помнила, зачем села в самолет.

Крылатый просто провел ее небольшой салон, усадил в кресло, и ушел куда-то в сторону кабины пилота. За весь полет он так ни разу и не появился. За всю дорогу до аэропорта он так и не сказал ей ни слова.

Но вот дверь открывается – и выходит Крылатый.

– Ну как ты, солнышко? Успокоилась?

– Спокойнее некуда, - озлобленно шипит Ангел.

Теперь-то она понимает, кто виновник всех ее бед. Теперь-то она понимает, какую ошибку совершила.

– Очень рад это слышать! – ни намека на то, что он понял ее сарказм. – Ну так как настрой? Мы ведь совсем скоро сделаем дозаправку – и все – прямым рейсом до нашей Пещеры. Дождаться не могу…

– А я и не жду. Ничего особенного все равно не будет.

– То есть как? Ты что, не веришь в Легенду? Не важно… Ты поверишь, я знаю - как только увидишь это все своими глазами!..

– Не хочу я ничего видеть…

Ангел снова отвернулась к окну – у нее не было ни сил, ни желания созерцать его сияющую физиономию.

– Милая моя, ну как же так?..

– Не смей меня так называть! – Ангел буквально пролаяла ему в лицо эти пять слов… Она не ожидала от себя подобной ярости, и все же…

– Ладно. Хорошо. Но ведь ты же сама хотела, ты согласилась – иначе бы тебя здесь не было.

– Я знаю, черт побери! – Ангел вскочила на ноги. Она не могла больше сидеть. Она не могла больше здесь находиться. Она… Да, она выпрыгнет! Ни на минуту больше она не останется в этом злосчастном самолете… Высоко? А что – терять ей больше нечего! По крайней мере, теперь она сделает правильный выбор…

Ангел рванулась к дверям – и изо всех сил дернула на себя рукоятку. Не поддается… Черт… Хитроумная конструкция… Пока она возилась с дверью, Крылатый уже оказался у нее за спиной.

– Что задумала?

Ангел вздрогнула от внезапного вкрадчивого шепота над ухом. И от злости, прорвавшейся в этом шепоте.

В тот же миг рукоятка поддалась и их обоих чуть не свалил с ног мощнейший поток холодного воздуха.

– Я бы на твоем месте закрыл дверь! – проорал сквозь резко возросший шум мотора Крылатый. – Ты же не хочешь делать глупости, правда?

– А может, и хочу? Какое твое дело! – Волосы Ангела метались по ее лицу, она едва видела Крылатого, но глаза его в тот момент показались ей исключительно жестокими.

– Ну тогда давай. Вперед.

В его голосе прозвучал такой холод, что Ангел застыла на месте.

– Ну что же ты? Давай, прыгай.

Он так невозмутимо смотрит на нее… Как будто она ничто. Как будто она ему вовсе и не нужна… А раньше… Ведь раньше он говорил с ней совсем не так…

– Что, не хочется? Знаешь, мне одному тоже бы не хотелось… Но вот если бы нас было двое…

На этих словах рев ветра стих – Крылатый захлопнул дверь самолета. Из кабины пилота показалась всклокоченная голова темнокожего второго пилота, но тут же скрылась.

– Так вот, если бы нас было двое, если бы мы были вместе, если бы ты доверяла мне – я бы прыгнул сейчас с тобой. И знаешь, что? Ни-че-го бы с нами не случилось. Мы бы выжили. И знаешь, почему?

Ангел молчала. Она не хотела на него смотреть. Сейчас ей почему-то стало ужасно стыдно перед Крылатым.

Она ведь и правда хотела сделать отчаянную глупость… Дура. В который раз за последние дни она в этом убеждается…

Ангел молча, так и не поднимая глаз, вернулась в свое кресло и повернулась к окну.

– Уже близко. Нам осталось часа полтора до аэродрома, а там еще всего четыре часа до конечного пункта назначения.

И снова Ангела ножом резанули его слова. Конечного? Значит ли это, что дороги назад уже и правда не будет? Что все изменится настолько кардинально? Что она больше никогда не покинет Индию, над чарующими землями которой они пролетали сейчас?

Нет, она не будет об этом думать. Нет, она должна об этом думать!