– Компьютер ты, конечно, забрала? Переехала вместе с виртуальной личной жизнью? Как твой друг? Новую поэму пишет?

Она улыбнулась.

– Пишет. Даже отрывок мне выслал. Очень сильные метафоры.

– О-ё!

Кухня была сплюснутой, но зал просторным. Телевизора не было, углы шкафа и тумбочки казались обгрызенными, на стене висел стандартный ковер. Я сел на диван и провалился в скрип пружин.

– Блин, Кость, как же ты тут встречаться с кем-то будешь? Тут же отстойно.

– Это винтаж, – сказала она. – И я ни с кем тут встречаться не планирую.

Позвонила Анна Ивановна, сказала, что я могу зайти к трем часам. Время еще оставалось. Я отдал Констанции деньги.

– «Чтоб из тебя люди вышли», как говорила моя бабушка…

– Спасибо. Просто мы с тобой друзьями вроде не были…

Я кивнул самому себе. Вопрос возник бы обязательно.

– Бывают такие периоды в жизни, когда твои друзья, твои старые, проверенные друзья, твои друзья-форева перестают быть тебе нужны. Сцепленные пазлы распадаются, потому что картинки больше нет. Ты наверняка знаешь, что они тебя не поймут, не одобрят, не оправдают. Дадут сто левых советов. Приведут сто тупых примеров. Вот у меня сейчас что-то подобное. Поэтому… друзья или не друзья – не так важно.

Она посмотрела озадаченно.

– Ладно, держись. Думаю, ты все сделала правильно, – закончил я. – Теперь нужно больше внимания уделить реалу.

– Мне кажется, у меня светлая полоса началась. Если бы ты прочел его поэму! Распечатать тебе? Такие рифмы, такой ритм!

От слова «ритм» по спине побежали мурашки. Идти по вызовам не хотелось. Я уже десять минут топтался в прихожей. Констанция истолковала это топтание по-своему.

– Деньги я потом верну – стопудово.

– Да я сам напомню, когда первую зарплату получишь.

Анна Ивановна, мой самый лучший вариант, выглядела неплохо, отличалась импульсивностью стервозной блондинки, предпочитала позу наездницы и не утомляла меня бессмысленными нежностями.

Но в этот раз не заладилось. Как только я разделся, в комнату вошел тот самый австралийский муж, который привозил ей когда-то орехи макадамия. Оказалось, приехал, чтобы начать бракоразводный процесс.

Времяпровождение жены его не удивило, а, скорее, вызвало интерес. Он доплатил еще сто баксов, чтобы досмотреть до конца. Сел у постели, закурил и взял мое недописанное письмо, представляющее собой выдержку из статьи об убийстве депутата областного совета.

– Любопытные у вас забавы!

Присоединиться он не хотел, вдали от Родины по жене не тосковал, и дым от его сигареты шел оптимистичный. Я тоже попросил травки, и вскоре он, она и их комната в отвратительном стиле «Людовик» расплылись в тумане. Я отработал нормально.

– Мне кажется, она не кончила, – засомневался австралийский муж.

Я вопросительно посмотрел на Анну Ивановну.

– Мне было очень хорошо! – заверила она. – Именно поэтому я предпочитаю проституток. Они всегда могут гарантировать результат!

Муж не выглядел посрамленным. Под его пристальным взглядом я оделся, взял деньги и слинял. Почему-то вспомнились слова Аси о том, что она много раз переезжала. Уехать, начать все заново, не встречать знакомых, ни с кем не здороваться на улицах. Начать все заново и набрести на прежнюю тропку?

Хотелось еще курить. На лишнюю сотню можно было купить травы. Но что это, как не новый запущенный алгоритм: деньги – наркотики?

Раньше я мечтал снять отдельную квартиру – для встреч с Асей. Но тогда я не мог знать, что перестану нуждаться в этих встречах. Это как Владик не мог знать о кризисе, о невозможности выплачивать кредит и о звонках коллекторов. Он думал, что получит чистое удовольствие от машины.