Шрифт:
– Теперь можно вас по-настоящему познакомить. Это мой брат Дарко. А это Ана из Украины, медсестра.
Дарко – худощавый, темноволосый, белозубый парень. У него смуглая кожа, щетина на щеках и вид клерка, у которого не очень успешно идут дела. Но глаза сияют надеждой. Он едет в Австралию, найдет там хорошую работу, почувствует себя новым человеком на новом месте. И Весна сияет радостью – прежде всего за него, а потом уже за себя. Аня от всего сердца желает им обоим счастья.
– Что ты будешь делать? – спрашивает ее Весна. – Потом?
– Не знаю.
Она, действительно, не знает. Перед ней лежит много дорог. И получается, что она выжила для того, чтобы пойти по одной из них.
– Я не знаю. Не успела подумать об этом.
Дарко смеется.
– У тебя еще есть время подумать. Есть время для того, чтобы позвонить родным.
Она улыбается... Боли нет. Докторам все-таки удалось ее починить: залатать на скорую руку. У них это получилось. И как хорошо жить! Какой свежий воздух! Сигареты Весны пахнут розами...
– Мы в Турции? – снова спрашивает она Дарко. – Ты здесь работал?
– Мы ждали визы. Нужно было зарабатывать деньги. Весна очень рисковала, я не хотел ее отпускать, – Дарко на миг хмурится. – Но Бог нас не оставил.
Он взглядывает на сестру и, в который раз убедившись, что она жива и невредима, подходит и обнимает крупную Весну за плечи. Теперь тонкий Дарко кажется сильнее сестры, несмотря на все, что она пережила одна, без него, на далекой войне...
У Ани на глазах выступают слезы.
– Я так рада за вас! У вас все получится! Все получится...
И Весна смеется радостно.
– Я ребенка хочу. Выйду в Австралии замуж и рожу. Там, говорят, женщин мало и мужчины все красивые.
Аня тоже смеется. Дарко целует сестру в щеку и выходит.
– Я очень широкая, – говорит вдруг Весна, – но это ничего. Это даже хорошо. А ты... ты подумай, куда поедешь. Мы нормально заработали. Ты сможешь жить в любой стране, в Европе. Или можешь потом приехать к нам с Дарко.
– Я хочу подняться, – Аня опускает ноги на пол.
– Не надо. Лежи пока, – Весна качает головой. – Завтра встанешь. Я тебе помогу. И завтра еще доктор придет – тебя осмотрит.
– Турок?
– Турок. Он уже приходил.
– И что сказал?
– Что у тебя плохой цвет лица и удивительные волосы, – Весна снова смеется. – Ты ему очень понравилась. Ты должна вообще... пользоваться этим. Своей красотой. Здесь не Ирак. Ты должна купить новую одежду. Здесь нет войны, здесь не стреляют. Здесь солнце...
– Да...
Аня смотрит, как это самое солнце выглядывает из-за кипарисов. И снова глаза застилают слезы. Она закрывает лицо руками.
Весна садится рядом.
– Ну, не плачь. Я сама не могу поверить, что все закончилось. Мы тогда поссорились с Дарко, и я уехала... Думала, никогда больше его не увижу. Но все обошлось. Теперь мы вместе. И ты тоже... найдешь своих. Тот парень, он так переживал за тебя... Ты должна сообщить ему, где ты.
– Я не хочу...
– Почему?
– Я так люблю его, что не могу быть с ним. Мне кажется, он разочаруется во мне, и я разочаруюсь в нем и не переживу этого. Я отталкивала его, чтобы и самой оттолкнуться. Но все равно люблю.
– И он все равно любит, – добавляет Весна.
– Не знаю. Я не верю.
Весна соглашается:
– На мужчину никогда нельзя положиться полностью. Ты очень нравишься Дарко. Он не скажет об этом, но ты ему нравишься. Пока ты была без сознания, он часами сидел у твоей постели.
– Прости, Весна... Я не могу сейчас думать об этом, – говорит Аня, пытаясь сменить тему.
– Нужно думать. Мужчины – это самое главное, – высказывает та свое убеждение.
Аня пожимает плечами.
– Может...
Сейчас самое главное – солнце, которое просвечивает зелень. Главное ее жизнь. Ее новая жизнь. Ее будущее. Как никогда хочется верить в лучшее и надеяться на счастье.
Когда Весна выходит, оставив ее одну, Аня тянется к сумочке и ищет блокнот с номерами телефонов. Но в нем нет номера Герасимова. Она думала, что потом, как-то в другой раз запишет. Но другого раза не получилось.