Но Полунин направил на него пистолет:

– Теперь ты мой пленник. Быстро лезь, не то яйца отстрелю.

Растерянный Виталий повиновался. Полунин, захлопнув дверцу и убрав оружие, направился в магазин.

Когда он вошел в кабинет Либерзона, тот вместе с сестрой по-прежнему сидел за столом в конце комнаты. Оба выглядели унылыми и подавленными.

Завидев вошедшего Полунина, Либерзон вскочил и радостно крикнул:

– Володя, ты здесь!

Он, улыбаясь, сделал несколько шагов навстречу Полунину.

– Я очень рад за тебя. Как тебе удалось, скажи?..

Вместо ответа Полунин размахнулся и влепил Либерзону здоровенную оплеуху, от которой тот отлетел обратно к столу. Раздался страшный грохот, Изя чуть не опрокинул стол и едва не придавил свою сестрицу, которая испуганно завопила.

Сидя на полу, Изя тряхнул головой и, взглянув на Полунина слегка мутными глазами, по-деловому, без эмоций, поинтересовался:

– За что ты меня так, Вова?

– А ты, жидовская морда, не знаешь?! – прорычал Владимир, грозно надвигаясь на него.

– Я догадываюсь… но ты неправильно все понимаешь, – быстро заговорил Изя, не уточняя при этом, что именно неправильно понимал Владимир.

– Что здесь понимать? Ты, сука, вломил меня этим отморозкам – Бармалею и Пеплу!

Либерзон вдруг быстро вскочил и неожиданно горячо запротестовал:

– Я не сдавал тебя, Вова, я не сдавал! Падлой буду, если вру! Они взяли Виталика прямо на улице и требовали с нас денег, а сегодня приперлись ко мне, разыскивая тебя. Адель пыталась их не впускать, но они ударили ее.

Либерзон бросил взгляд на свою сестру, которая медленно опустилась на стул.

– Я сказал им, что тебя здесь нет и не будет, а они в ответ сказали, что подождут здесь. Что я мог сделать, скажи ты мне, что я мог сделать?! Тем более у них в руках уже был Виталий. Я хотел послать Адель на вход, чтобы она сторожила тебя и предупредила об опасности, когда ты появишься. Но у нее было разбито лицо… Господи, Володя, на меня свалилось столько проблем! Виталия захватили эти козлы, сестру избили. Я должен срочно собрать и заплатить деньги, и большие деньги.

– Ладно, заткнись, противно слушать твой скулеж! – отрезал Полунин. – У меня проблем не меньше и во многом из-за тебя, старый мудила.

Полунин шагнул к Либерзону и, схватив его за грудки, заговорил, глядя ему в глаза:

– Ведь ты, гад, знал о войне Слатковского с Быком, знал и не предупредил меня. Я пришел к тебе не просто так, я надеялся, что ты, как друг, поможешь мне и дашь полную информацию о том, что происходит в городе, но ты, паскуда, промолчал.

– Вова, Вова, ведь это ваши проблемы и ваши с Леней дела. Зачем мне было вмешиваться? – возмутился Либерзон, но тут же осекся, поняв, что он сказал несколько лишнее. – К тому же я мало что знал.

Полунин вдруг отпустил Либерзона и, отойдя от него, устало опустился на какой-то ящик с товаром.

– Что же с вами со всеми произошло здесь? – произнес он, глядя на Изю. – Ведь десять лет назад ты рассуждал совсем по-другому. Тогда ты помог мне, отговорив от необдуманных шагов, объяснил всю тяжесть их последствий. А теперь ты остался стоять в стороне, зная, что Леня Бык играет со мной нечестно.

Изя слушал Полунина молча. Его морщинистое, обвисшее лицо скривилось, словно от зубной боли. Неожиданно он подошел к Полунину и сел на коробку с товаром.

– Прости меня, Володя, я действительно виноват перед тобой. Я догадывался, что Леня наверняка разыгрывает тебя, как карту, в борьбе со своим противником – Слатковским, но я… Я испугался, я ведь зависим от Лени Быка, если бы он что-нибудь узнал об этом, последствия для меня были бы очень тяжелыми… Впрочем, они и сейчас не лучше, – с тоской добавил он.

Либерзон посмотрел на Полунина, словно стараясь вымолить у него прощение. Но Владимир даже не удостоил его взглядом, он достал из кармана пачку сигарет и прикурил.

– Дело в том, что Слатковский с Волошиным раньше вместе занимались коммерцией, – сказал Либерзон. – Бык был одним из тех, кто помогал банку Слатковского окрепнуть, не безвозмездно, конечно… Но потом они расскандалились. Из-за чего, я точно не знаю. Впрочем, из-за чего могут поссориться двое деловых людей? Только из-за денег.

– Не надо, – поморщился Полунин, – я все это уже знаю, мне все рассказал твой сынок.

– Виталий?! – возбужденно спросил Либерзон. – Откуда? Где ты его видел?