Копье Лантэна замелькало в руках, с трудом отражая атаки острых мечей, свистевших вокруг него, точно сердитые оводы. Длинное деревянное древко еле заметным пятном отбивало атаку алых. Лантэн прыгал по траве, словно крулх по ветвям, стремясь отразить все удары и не пропустить врага за спину, туда, где Фиола помогала Зарду взвалить на спину предводителя.

Рев, похожий на взрыв вулкана, заставил оглохнуть. Влакс набросился на ближайшего к нему муравья, атакуя шипастой дубиной, которую успел соорудить во время стоянки. Воин, сражавшийся с Лантэном отвлекся на мгновение, и тут же получил вскользь удар копьем. Острие располосовало ему грудь. Рана разошлась, словно хищный длинный рот в улыбке. Алой рвотой из нее хлынула кровь.

Ощутив боль в ране, красный муравей на мгновение замер, а затем от его грозного рыка в испуге содрогнулась даже чаща.

Глаза алого стали багровыми, Лантэн понял, что игры кончились и теперь воин сотрет его в порошок. Он уклонялся, уходил, уворачивался, не позволяя более сильному противнику задеть себя. Несколько раз попытался атаковать сам, но безуспешно, все время на пути стремительных выпадов копья вставала прочная сталь меча.

Алый с остервенением старался сразить молодого врага. Казалось, его силы неисчерпаемы, тогда как в движениях Лантэна появилась замедленность, а в сопении слышались растерянные нотки. Порезов на теле становилось все больше, через них медленно утекала сила.

Рядом словно молния сверкал меч другого красного муравья. Он кружил вокруг оса, выискивая слабые места в его защите, и бил, бил, бил…Влакс тоже выглядел усталым, лицо покраснело, а волосы слиплись от пота. Еще несколько мгновений и алые одержат победу.

А затем вдруг случилось то, чего никто не ожидал.

Бешеным роем засвистели стрелы. Одна вонзилась в ствол папоротника, пролетев над самой головой Лантэна. Он вздрогнул, живо представив, как острие впивается ему в лицо, пробивает кости, пронзает мозг…

От страха по телу выступила испарина, сердце сжалось, а затем зачастило, как после бега.

Ночная тьма наполнилась взблесками арканов и свистом стрел. Паучья нить метнулась вперед со скоростью броска кобры. Алый, с которым сражался ос, дернулся и в изумлении уставился на нить, накинутую ему на шею. Миг. Его глаза закатились, хлынула кровь, и тело рухнуло на землю отдельно от головы.

Стрела со свистом вонзилась точно в лоб последнему красному муравью, сраженный враг пал замертво с открытым в немом крике ртом.

Изумление Лантэна колотилось внутри, стремясь вырваться на свободу удивленным возгласом.

Ветер растрепал длинные волосы арахана, и отдельные пряди, вырвавшись из пучка, назойливо лезли в глаза. Тело болело все целиком, словно Зард скатился по длинному склону, ударившись по пути обо все камни. Дыхание сбилось. Груз безжалостно колотил по спине и брюху, грозя переломить позвоночник. Делая шаг, Зард думал, что умрет на следующем, но, к собственному удивлению, продолжал бежать. Перед глазами прыгала спина Фиолы, рядом доносился все усиливающийся рокот.

Во время бега через ночную чащу, искра чувствовал себя непривычно и тревожно. Растения, раскачиваемые ветром, казались исполинскими чудовищами, в темноте постоянно слышалось шуршание, рядом ухало и трещало.

Дождь прекратился, под ногами мягко шелестела влажная трава. Из глубин чащи тянуло запахом листвы и сырой травы. Ночной мрак вокруг казался таким густым, что его можно было черпать ведром.

Фиола не следила за направлением движения и поэтому очень удивилась, когда растения впереди разбежались, открыв взору широкую водную гладь. Через плавающий перед глазами туман различалась огромная долина, серой зубчатой стеной высились горы, пологие склоны, с которых обрушивался белый от пены водопад в каменную чашу. Бурлящие потоки воды падали вниз, создавая огромное облако водяной пыли, чем напоминали дымовую завесу.

— О-о! — невнятно протянула искра.

Зард, ошеломленный удивительным зрелищем, безмолвствовал. На лице выступили крупные капли пота, они одна за другой сползали вниз, оставляя мокрые дорожки. Чистая, прохладная вода манила, словно оазис в пустыне.

Ночь выдалась безлунной, тучи исчезли, и над землей раскинулся огромный купол из черной ткани, дырочками в котором зияли звезды. Одни из них отливали синевой моря или алым пурпуром крови, но больше всего светилось белых.

Не сговариваясь, арахан и искра направились к воде — умыться и напиться, потом можно было и о привале подумать.

Они почти подошли к озеру, когда Зард тревожно произнес:

— Термиты!

Фиола так резко обернулась, что из-под обуви брызнула галька. Из чащи на берег в том самом месте, где они всего несколько взмахов крыла назад стояли сами, один за другим выползали следопыты. Над водой разнеслось эхо гортанных звуков: Сварг отдал команду «Убить!». Термиты отделились от офицера и стали заходить с разных сторон, стремясь перекрыть искре и арахану путь к побегу. Они двигались плавно, словно тени.