В ящике тумбочки ждёт своего часа толстый моток изоленты. Чтобы пальцы не исполосовать, нужна хорошая рукоятка.

Пусть куски зеркала довольно легко сломать, но они для меня куда полезнее ножей. В драках часто приходится попадать в окружение, и тогда возможность контролировать происходящее за спиной спасает. Кроме того, можно заглядывать за углы, что для моей способности весьма полезно.

Готовое оружие я спрятал во внутренний карман и переместился прямо в полицейский участок. На меня чуть не налетел кудрявый недомерок Сэм. В последний момент успел затормозить, ойкнув, как маленький мальчик.

— Винчи, дурак, ты с ума сошёл так появляться? Я чуть…

Мог бы дать ему закончить, но щенку следует отхватить за «дурака». Ударил несильно, но обидно, прямо под нос, так что ходить гадёнышу пару дней с опухшей губой. Малыш с воплем отскочил чуть ли не на два метра.

— Ты сдурел? Я из полиции, чтоб ты знал! Ты как смеешь?

— Винчи! — вступился за птенца Тим. — Что ты тут опять учудил? Как ты смеешь трогать стража порядка?

— Он оскорбил меня.

— И ты решил, что это повод распускать кулаки?

— Ну так арестуй меня, если хочешь! — раскинул я в стороны руки, показывая всю свою беззащитность перед могучим шерифом.

Ни он, ни его помощник Сэм даже не пошелохнулись, понимая, что за решётку меня не посадить, как бы ни старались. Пыхтя немногим лучше злого чайника, кудрявый малец гордо выпрямил спину, а Тим сурово наставил на меня перст:

— Извинись!

Похоже, этот дед не шутит… Как странно…

— Не собираюсь, — глазом не моргнул, что очень позлило Тима.

— Да и пошёл ты! — махнул рукой уязвлённый до глубины души Сэм и пошёл на выход, держась за ушибленную губу.

Шериф активно заработал руками и оказался подле меня в мгновение ока. Страшный взгляд резанул по глазам:

— Ты, Винчи, не имеешь никакого права поднимать руку на полицейского! Уяснил?

— Он…

— Уяснил?! Ответы: «да» или «нет»!

— Да.

— Чудно! — одним движением рукой шериф развернул коляску на сто восемьдесят градусов и покатился к стойке. — Знаешь, так много людей требуют, чтобы тебя вздёрнули, что я, право слово, не знаю уже, как тебя выгораживать.

— Я и не прошу, — брякнул я себе под нос и телепортировался вслед за стариканом. — Они мне не ровня. Некого боятся.

— Меня побойся! Меня и бога!

Бога? Чумной еретик даже не понимает смысла собственных слов! Вера исчезла вскоре после Апокалипсиса. Священников как-то невзлюбили все, кто только способен невзлюбить: неунывающих служителей господа с раздражения стали расстреливать, лишь бы не орали на ухо про «покайтесь», «Господь простит детей своих», «вера выручит»…

Атеизм — единственное нынче отношение к церкви.

— Зачем пожаловал?

— Нужен список жертв Душегуба.

— Что? — недобро сверкнули глаза Тима из-под шляпы. — Решил перепроверить, всех ли отыскал?

— Просто дай мне список, Тим! — с каждым словом всё меньше хочется быть вежливым.

Шериф раскидал в стороны бумагу и достал небольшой листок. Затем демонстративно сложил и убрал в нагрудный карман рубашки, сцепив после этого руки на груди. Не будь он тем, кем является, уже лежал бы покалеченный.

— Что это значит?

— Скажем так, — инвалид провёл языком по зубам, — я понятия не имею, зачем тебе это нужно. Следовательно, могу ждать от тебя каких угодно фокусов, а я не люблю фокусы, Винчи. Объясни, что к чему, и если получится красиво, список может оказаться у тебя.

Морщины на моём лице должны собраться в причудливую сеть: так случается, когда я выхожу из себя. Тим, конечно, вес имеет солидный, однако, момента, когда можно перестать гнуть палку, не знает…

Со смачным грохотом мои руки опустились на стойку:

— Я хочу найти Душегуба, — внятно процедил я каждое слово.

— Многие хотят, однако им список ни к чему.

— В самом деле? Марк занимается делом, ведь так? И он что, даже не попытался увидеть связь между жертвами?

Лицо Тима с вызовом двинулось навстречу моему, спустя секунду листок бумаги лёг на стол передо мной.

— Не попытался. Потому что нет никакой связи.

— Посмотрим, — грубо огрызнулся я.

— Не занимался бы ерундой. Оставь это дело нам.

— Вам? Вы даже меня не можете за решётку посадить…

Обошли с Кейт почти всех, кто у меня на карандаше, проверили оружие — полный порядок, не докопаешься, разве что у охотников не разберёшь, разряжали они стволы в зверьё или ещё кого. Потом девушка ушла за Хароном, оставив мне самого колоритного подозреваемого на сольное разбирательство.