Должно быть, так.

Я окончательно решил для себя, что мы возили пустые банки из-под краски, которая сама по себе могла быть краденой. Однажды летом я работал в маленьком рыбацком поселке Йогэл в графстве Корк. Местный рыбоконсервный завод решили покрасить в небесно-голубой цвет хорошей водоустойчивой краской. К концу августа все шхуны на всех пяти причалах почему-то оказались небесно-голубого цвета.

Такие вещи случаются постоянно, а строительные фирмы тратят уйму краски. С другой стороны, строительные фирмы роют много ям, а яма — идеальное место для мусора. Хватит. Разве мне доплачивают проценты за беспокойство? Моя совесть была на все согласна, за исключением ядовитых или радиоактивных отходов. Да и кто бы ее спрашивал.

Свернув на Навигейшн-роуд, я заметил указатель с надписью «Строительная фирма Х и Б».

Большинство мелких строительных подрядчиков называли себя «Имярек и сын», хотя их дело обычно дохло еще при жизни первого поколения. С учетом итальянских корней Берта, я ожидал увидеть что-нибудь вроде «Басотти и сыновья», однако, когда мы встретились в пабе первый раз, он отзывался о своих корнях довольно кисло. Наверное, Берт — единственный итальянец в Лондоне, который не гордится наличием кабельного телеканала, транслирующего футбол из Италии.

Возможно, он просто прагматик — какой дурак станет доверять итальянцам-строителям? Шуточки насчет заваливающейся башни в Пизе и недостроенного Колизея кому хочешь отобьют охоту связываться. Буква «Х» в названии могла означать «Хьюберт», чтобы задвинуть его итальянские корни еще дальше. Возможно, у него нет сыновей. Возможно, мне пора перестать разговаривать с самим собой.

Первым, кого я увидел, когда «Армстронг», подпрыгивая на кочках, въехал на стройплощадку, был Басотти. Он смотрелся на стройке так же неуместно, как и в «Гроздьях».

Расставив ноги по обе стороны колдобины, наполненной грязью, он выкрикивал указания экскаваторщику. Водитель экскаватора поддавал газу и по сантиметру двигался вперед, разбрызгивая грязную жижу. Басотти не замечал, как на его серо-зеленом пальто от Егера за 450 фунтов постепенно проступала коричневая кайма.

Даже с моего места в «Армстронге» было видно, что экскаваторщик с лицом хорька, приговаривавший «да-да, хорошо» и непрестанно моргавший, откровенно издевался над мистером Б. Похоже, Басотти не догадывался о спектакле, а может быть, просто привык.

Увидев меня, он сначала поднял руку ладонью вверх, как полицейский, затем указал на другой край площадки, ткнув пальцем сначала в меня, потом в будку офиса метрах в десяти от нас. Чтобы я не заблудился, слово «офис» было выбито на двери будки долотом.

Паркуя «Армстронга», я заметил, как водитель экскаватора высунулся из кабины и, моргая, посмотрел на Басотти в упор. Затем он кивнул — «будет сделано в лучшем виде» — и снова скрылся в кабине. Басотти повернулся и направился к офису, осторожно переставляя ноги. Экскаваторщик показал из кабины спине Басотти средний палец.

Площадка была усеяна строительным мусором. Две кучи старых кирпичей дожидались вывоза, новые кирпичи на поддонах были наполовину дешевле «секонд-хэнда», особо ценившегося при обновлении жилища «под старину». Возвышались штабели старой черепицы, за которую в Хэмпстеде давали больше, чем за дома в Шордиче, с которых ее сняли. Там же находились два небольших грузовика с выцветшей надписью «Строительная фирма Х и Б» спереди, куча крупнозернистого песка и мешки цемента на поддоне, накрытые хлопающим на ветру пластиковым тентом. Ничего подозрительного, обычные стройматериалы.

Я уже собрался выйти из машины, когда вновь затрещала рация.

— Оскар-семь, забрал пассажира?

— Диспетчерская, дайте мне еще десять минут. Движение — просто трындец. По буквам: Т как…

— Спасибо, Оскар-семь, конец блядской связи.

Теперь диспетчерская не должна была меня дергать еще некоторое время. Довольно сомнительно, что я понадобился Басотти как водитель, во всяком случае не для кошерной работы и не в качестве таксиста. Надо будет придумать убедительную историю для диспетчерской, а то подумают, что присвоил заказ и заныкал деньги. Именно поэтому они не любили пассажиров, платящих наликом. При безналичных расчетах контролировать водителей не требовалось, а чаевые перепадали только тогда, когда приходилось ждать пассажира в машине и он это подтверждал.

Мой клиент привалился к столу, который, очевидно, был куплен на распродаже имущества какой-нибудь скончавшейся государственной конторы, скажем Министерства продовольствия образца 1948 года. На столе стояли телефон, автоответчик и три пластмассовых лотка, набитых накладными. Басотти задрал ногу на стол и бумажной салфеткой счищал грязь с черного кожаного башмака. По крайней мере, обувь у него была итальянская.

— Сэмми нельзя доверить управление даже тележкой в супермаркете.

Он рассмотрел ботинок, плюнул на салфетку и протер еще раз. Пальто от Егера висело на крючке, вбитом в стену, роняя на пол грязные капли.