Конные разведчики выдвинулись на юг во всех направлениях.

Я знал, что крупных сил у короля Руперта в районе Шеллсберри не имеется, но все равно беспокоился.

Сейчас я очень жалел, что со смертью отца утратил свой дар — ощущать за десяток миль присутствие других людей и даже их численность. На войне такой дар — огромная удача. Но увы! — магия вернулась, но этот дар я утратил навсегда.

Посмотрев на южный берег с редкими огнями костров, я вернулся в лагерь и решительно направился к палатке Габриель.

Мой дежурный паж — сегодня им был Ричард, отправился вовнутрь и доложил обо мне.

Габриель вышла ко мне навстречу. Она была в мужской одежде.

— Добрый вечер, герцогиня, в чем причина этого костюма?

— Добрый вечер, Грегори, вы меня опередили, я хотела поговорить с вами и как можно быстрее…

— Прошу в мою палатку.

Мы прошли молча, бок о бок через оцепление стражи. Я отодвинул полог и пропустил Габриель вперед.

Она присела в походное кресло. Высокие охотничьи сапоги восхитительно облегали ее стройные ноги.

— Я думаю только о тебе, а ты меня избегаешь… В чем причина, милая?

— Поговорим лучше о наших планах на завтра.

— Разве одно мешает другому?

Я опустился на колено рядом с Габриель и взял ее руку в свои.

— Я предлагаю завтра же отправиться через плоскогорье прямо в Лонгфорд, взяв с собой только два конных реджимента. Остальная армия догонит нас в столице Лонгшира.

— К чему такая спешка, Габриель? У герцогини Луизы около шести тысяч воинов! С двумя конными реджиментами нам не пробиться! Да и как с двумя тысячами конницы штурмовать город? Без осадных орудий и бомбард?

— В Лонгфорде только небольшой гарнизон, Грегори! Луиза со всеми своими силами два дня назад отправилась на запад в Суффолк. Пока она отсутствует, у нас есть шанс захватить Лонгфорд!

— Откуда у тебя эти новости?

Она протянула мне мятый лист бумаги.

— Это мне принес почтовый голубь…

Я пробежал письмо глазами.

«Бастард Финней схвачен конфландскими наемниками в Суффолке. Луиза выступила туда в среду со всеми силами. В Лонгфорде только малый гарнизон. Поспеши».

— Чье это письмо?

— В Лонгфорде есть люди, что еще помнят меня. Нам откроют ворота.

— Мне твой план не нравится! Это авантюра, милая!

— Это шанс, Грегори, это счастливый шанс! Когда я давала тебе неверные советы? Вспомни хоть раз!

— Это может быть ловушкой!

— Три дня, и ты хозяин Лонгшира, а значит почти половины южного королевства! Решайся, Грегори!

Я вызвал к себе Жасса и Фостера.

Жасс поддержал Габриель.

— Это сильный ход, Грегори, и смертельный для короля Руперта!

Фостер долго мял и разглядывал бумагу, принесенную голубем.

— Кто автор письма, миледи?

— Я не могу назвать его имя, но он важное лицо в Лонгфорде и я ему верю.

— Государь, это опасная затея…

Габриель была настойчива.

— Риск есть всегда, но это оправданный риск!

Ее карие глаза были так многообещающи, а лицо светилось уверенностью.

Мы взяли с собой в поход почти всю нашу кавалерию — реджимент латников Гринвуда, реджимент конной стражи под командой Гвена и три роты арбалетчиков. Каждый воин взял в седельные мешки съестные припасы. Мы оправлялись в Лонгшир без обоза, налегке.

На рассвете мы переправились через Шелл и на рысях понеслись на юг и выше, на плоскогорье туманов.

— Почему плоскогорье туманов?

— Зимой здесь не редкость туманная погода, государь.

Ехавший рядом со мной наш проводник закутался поплотнее в плащ.

Зябкий ветер рвал плащи, забирался под одежду.

Пасмурная и ветреная погода на плоскогорье встретила нас сразу же, едва мой отряд одолел пологий длинный подъем.

На каменистой равнине ни кустика, ни ямки, только редкая жухлая прошлогодняя трава да скалистые обломки.

— Скудная местность.

— И никому не нужная, государь! Двести лет назад маги устроили здесь знатную потасовку, вот ничего и не растет кроме травы весной!

Еще одна местная байка. Никаких сражений здесь не было, я о таком не читал и не слышал.

По пути нам встретился только один родник, весьма скудный, в узкой глубокой расщелине. Чтобы набрать воды пришлось спустить на веревках вниз пару крепких парней. Они черпали кожаными ведрами воду, и их на веревках поднимали наверх.