– Среди населения мои люди нашли двоих. Они оба отказались.

– Ну, так надо было их заставить! Или они что, сказали вам 'Нет, спасибо' и вы их отпустили?

– Мы пытались, но они... убили себя.

– Убили себя? Чтобы не лечить меня?
– распахнула глаза Рона, - Боги-создатели... Не думала, что могу убивать людей, находясь без сознания. Ну, я, конечно, знала, что простолюдины, да и маги, меня не особо любят, но чтобы так... Глупцы... Ладно, помоги мне встать.

– Тебе нельзя вставать, швы разойдутся!
– начал было протестовать Дриор, но остановился, увидев, что на месте ран остались лишь мелкие рубцы.

– Забыл обо всем, пока воевал?
– ласково улыбнулась ему Рона, - Когда я в сознании, я способна исцелить себя сама, - напомнила Роналисса, - К следующему посвящению буду внимательнее. Маршал предупреждал, что мне будут не рады до крайности...

Генерал подал Роне руку, помог одеться и протянул два черных кнута. Рона брезгливо взяла оружие и после первой же попытки заставить его подчиняться, поняла, почему мальчишка чуть не заколол её вилами - кнуты не слушались.

– Видел?
– спросила она Бенджамина, не надеясь, что он поймет природу поведения магического оружия, - Когда на меня кинулся этот ненормальный мальчишка, кнут сам дернул меня навстречу вилам, вместо того, чтоб выбить их у него. Такого раньше не случалось. Их надо починить. Вторые такие я не найду, их делали под заказ. А мастер умер месяц назад... В Гароне никто больше не изготовит подобное. Пошли кого-нибудь из своих людей к пограничным воротам. Пусть там посмотрят в переписи, есть ли в Валкане маги-оружейники.

Генерал отвесил Роне поклон и исчез за дверью.

Спустя три дня гонец отчитался перед генералом, и Бенджамин поспешил сообщить всё Роне. На границе, в переписи, были записи о трех магах, работающих с магическим оружием: один из них, по слухам, был уже мертв, второй - слишком стар и почти слеп.

– ...последний, знаменитый Кард, живет в Энвите, - закончил генерал, - Говорят он лучший.

– Энвит?
– переспросила Рона, постукивая пальцами по крышке стола, - Где это?

Генерал прикинул расстояние, и сказал:

– Отсюда - чуть больше, чем сорок дней, на Люцироне - вдвое меньше.

– Значит, пусть седлают Люцирона.

Бенджамин ушел исполнять распоряжение, а Рона, оставшись одна, ещё раз удостоверилась в неисправности оружия, съела приготовленную для неё свинину с овощами, восстановила одежду с помощью дара, очистила её от крови и грязи, села на подоконник, и, глядя на унылую жизнь Хэнсина, стала ждать возвращения Бена.

– Все готово, - сообщил генерал, возвратившись.

Рона бездвижно стояла у окна, и не сразу заметила, что кто-то вошел.

– Лисса, - Генерал подошел и обнял её за плечи. Она вздрагивала.
– О чем ты думаешь?

– О Маршале, - ответила она чуть погодя, - Сегодня мне снился день, когда он забрал меня от матери и отца.

– Ты тоскуешь?
– задав этот вопрос, Бенджамин, наверное, надеялся, что Рона, наконец, откроется ему, не выдержав многолетнего молчания.

И она открылась, но не так как он того хотел.

– Конечно.

– Почему ты не встретишься с ними? Они ведь живы.

Рона в ответ засмеялась и повернулась.

– Ты шутишь?
– издевательски спросила она, - Зачем мне с ними видеться? Их дочь забрали, когда ей было пять. Восемнадцать лет у них нет дочери, а у меня только один отец - Маршал. Я им не дочь. Они мне чужие. К тому же я даже не знаю где они. Четыре года назад, после того, что я сделала с валдахской 'Северной Эльей', они уехали из Шабо, вообще из Арлуа. Сбежали. От стыда. Там ведь все знали, что я их дочь. Владис знает, куда они переехали, он сказал, что расскажет мне, если я захочу, но я не хочу. Да и они вряд ли скучают: у них ещё ребенок, возможно даже не один.

– У тебя есть брат? Или сестра?

– Брат, сестра, какая к Сартрасу разница. Я не знаю. Когда Владис забрал меня, она была уже беременна. Нет у меня ни брата, ни сестры, потому, что тем людям, я не дочь.

– Но ты страдаешь. Если не из-за них, то из-за чего?

– Я боюсь Бен. Боюсь, что в один прекрасный день, окажусь ему не нужна, - Рона обхватила лицо генерала руками, и испуганно затараторила: - Бен, что будет, когда он станет Императором? Что? У него будет абсолютная власть, он будет создавать новую империю. Надобность в посвящение исчезнет, на коронации ему и так присягнет весь мир! Надобность в моей защите и совете исчезнет! Он перестанет нуждаться во мне.

Бенджамин неотрывно смотрел Роналиссе в глаза и не мог поверить, что видит в них неподдельный страх. Медленно, будто боясь спугнуть, генерал привлек Рону ближе, и крепко прижал к себе. Он не представлял, что ей ответить и сказал только, что есть один человек, который никогда не перестанет нуждаться в ней. Она лишь усмехнулась.

Рона уехала поздней ночью, ни с кем не простившись, а Свиту посвящения отослала обратно в Сарлакас. Владису она отправила письмо:

"Прости за задержку, но возникла непредвиденная ситуация. Надеюсь на твое понимание и снисхождение".