– Про аварию на Ростовской трассе. Вы слышали, разбился Елышев, заместитель председателя облисполкома?

– Слышал и что?

– Вот перед смертью его нашли в 6.40 на обочине в перевернутой машине. В 4.00 часа он мне звонил домой. Мы раньше были с ним в дружеских отношениях, до "Пирамиды", - Галина жадно курила.

– Да вы не волнуйтесь, Галина Ивановна, вы даже фильтр курите. Мы в курсе ваших дружеских отношений с Елышевым. И что ему от вас было нужно?

– Кому? Елышеву?
– не поняла Галина.

– Нет, Скрыльникову, так кажется фамилия следователя?

"Они знают все уже через несколько часов, - подумала с ужасом Галина, - значит, везде, даже в Сером доме у них есть люди Короля. Или Король - их человек. Впрочем, какая разница..."

– Он спрашивал, во сколько звонил, что говорил Елышев и все прочее, как обычно. Что еще спрашивают. Он еще десятку женщин звонил, кроме меня, звал к себе в кабинет скрасить его одиночество, - Галину опутал страх, она волновалась, предательски задрожали ноги, такое было крайне редко.

Вывести Галину из себя было практически невозможно. Но так она сама считала, пока не встретилась с настоящей опасностью. Значит, она обыкновенная баба - такая, как и другие.

– И что ответила ты?
– Король смотрел в упор в глаза Галины.

И от этого взгляда, еще несколько минут назад такого обходительного и элегантного, Галине стало страшно. Она с трудом держала себя в руках, чтобы не заплакать.

– Что я отказалась ехать. Сказала, что к пьяному не поеду. Да и отношения у нас с ним давно закончились. Он мне не начальник, и я не его наложница.

– Дальше, - Король не сводил с нее своих глаз.

– Я предложила ему лечь проспаться. Или позвонить девочкам. Я стара уже для ночных визитов. Елышев стал грозиться, называть всех подлецами.

– Кого всех? Он называл кого-то?

– Нет, больше это к женщинам относилось. Он минут двадцать пять со мной говорил. Пьяный он был очень. Одно слово пойму, другое по смыслу догадывалась.

Галина стала приходить в себя. Страх, первый страх неожиданности прошел. "Подлец Королев! Неплохой он психолог". Королев встал. Прошел по кабинету. Остановился посередине, снова в упор посмотрел на Галину.

– Я верю вам, Галина Ивановна. Вот так всегда всем и говорите. Что бы ни было. Даже если тело ваше по кускам будут резать. Орите, но говорите то же самое, - и уже выходя из кабинета, добавил: - Смотри, мать, мы тебя любим, конечно, ты очень многим моим пацанам нравишься. Жалко мне будет... Такая красивая... Молодая...
– и не сказав больше ни слова, Король вышел.

Послышались шаги уходящих людей. Галина села в свое кресло, на котором минуту назад сидел Король, и заплакала. Последние слова - это предупреждение, это угроза: явная, грубая и наглая. Если она обманет и затеет двойную игру, ее участь предрешена, и никто: ни Скрыльников, ни весь Серый дом - не сможет помочь ей.

День проходил спокойно. Никто не звонил. Галина набрала телефон Глебовых. Никто не ответил. Только к полудню Галина узнала страшную весть о трагедии. Всю семью Глебовых ночью расстреляли спящими в кроватях. Максим был объявлен в розыск. Ни дома, ни на работе его не было. Тут же раздался звонок. Звонил незнакомый мужской голос:

– Следователь УВД Тычинин. Галина Ивановна, зайдите, пожалуйста, в УВД. Паспорт возьмите, в 34 кабинет к Тычинину.

Галине даже не верилось, что все это происходит с ней. Трагедию о смерти семьи Глебовых передали в экстренных новостях. Даже фотороботы предполагаемых убийц показали. По словам каких-то свидетелей, это лица кавказской национальности, говорили с акцентом. Фотороботы - одни глаза: злые и колючие, остальные части лица, по словам свидетелей, были закрыты черными масками. Галина колебалась, она не знала, что ей делать. Машинально открыла сумочку, достала косметичку, чтобы подкрасить глаза, на стол из сумочки выпали визитки с номерами телефонов следователя Скрыльникова. Не задумываясь, Галина взяла визитку, подошла к телефону, набрала его рабочий телефон.

– Слушаю, Скрыльников, - через несколько секунд раздался в трубке знакомый мягкий мужской голос.

Галина не смогла больше сдержаться и заплакала.

– Что случилось, что с вами?
– голос Скрыльникова.

– Павел Николаевич, Олега и Олю убили! Их убили сегодня ночью. Меня вызывают к следователю Тычинину, - сквозь рыдания, бессвязно быстро стала говорить Галина, словно боялась, что Скрыльников положит трубку, не выслушав ее до конца.

– Галина Ивановна, это вы? Успокойтесь. Объясните толком, в чем дело? Глебовы?
– голос Скрыльникова стал волевым, твердым.
– Вы их хорошо знали?

– Да. Они были мои друзьями. Ольга сначала ходила ко мне в салон красоты. Мы познакомились, потом подружились. В гости и я, и они ко мне в кафе и ресторан приходили вместе. И одна Ольга часто забегала поболтать...

– Ясно. А почему вас вызывают к следователю? Как его фамилия? Тычинин... Это следователь УВД, что через дорогу от вас... Знаете что, Галина Ивановна, приезжайте лучше ко мне, а не к Тычинину. Знаете наше здание КГБ? Возьмите с собой паспорт, я закажу пропуск, скажете в 67 кабинет к капитану Скрыльникову. Только в таком состоянии на своей машине не езжайте, на такси. Нет, не частника, а вызывайте такси. Приедете, позвоните мне из приемной, там есть телефон. Я жду.