– Ты сексист? – на ходу уточнил вампир.

– Не знаю, – честно признался я. – Но хочу сохранить дарованное конституцией право на свободу выбора партнёра.

– Партнёра? Не партнёрши?!! Офигеть, так что же ты молчал, противный…

Я развернул его, дал по морде за намёки, повернул обратно, и через два квартала мы оторвались. Вопли госпожи Чифиринской, если я не путаю фамилию, ещё долго разносились по закоулкам спящего города, но реальная опасность ни мне, ни Вику уже не грозила. Мы сделали изрядный крюк, вышли через боковые ворота к морю и побрели вдоль береговой полосы к нависающим скалам. Уселись прямо на песке, ещё хранящем тепло ушедшего солнца.

– Да, ничто так не бодрит и не разгоняет скуку, как бегство от лучащейся любовью озабоченной особи с сексуальным креном на весь корпус, от мачты до днища! Я правильно выражаюсь на морском языке?

– По-моему, ужасно, – выравнивая дыхание, лениво сощурился я. – Никогда не слышал, чтобы простые моряки так витиевато выражались. Но зато ты на собственном опыте убедился, как весело жить в Будве!

– Не убедил. – Вик лёг на спину, закинув руки за голову. – Поправь меня, ангел, но ты ведь здесь не ради весёлых пробежек с толстой Зосей? Ты ищешь Алые Мантии.

– И я найду их.

– Возможно, возможно… Знаешь, давно хочу спросить, но никак не выберу подходящий момент. В тебя по уши втрескались обе наши подружки – и Сильвия и Ритуля. За одну из них я несу некую моральную ответственность. Поэтому имею право спросить: кого выбрал ты?

У меня не было ответа. Во-первых, потому что они обе были мне дороги. Во-вторых, потому что я не имел ни права, ни желания обижать любую из них отказом. В-третьих, сейчас не время, не место и момент совершенно неподходящий. Хотя это отмазка…

– Ясно. – Правильно истолковав моё молчание, Вик сел, зябко передёрнул плечами и предложил: – Пошли назад, холодает, а это первый признак рассвета. Больше с глупостями приставать не буду, обещаю. Но и ты обещай…

– Что именно?

– Если через три дня ты убедишься, что никаких Алых Мантий здесь нет, то просто дашь девчонкам отдохнуть на море хотя бы недельку, а не потащишь к чёрту на рога, в погоню за своими химерами.

– Договорились, – согласился я, поднимаясь и стряхивая песок с джинсов.

До нашего отеля дошли без приключений и уже, наверное, к пяти утра. Волгоградский вампир забился в дальний закуток, ближе к душу и туалету, улёгся на маленький диванчик, накрылся пледом с головой и уснул. Ко мне сон не шёл. Да и какой сон теперь, через час солнце уже вызолотит горы, а к семи утра под его лучами будет сиять всё море. Зачем мне прятаться в тёмном номере, когда весь мир будет наслаждаться благолепием сиятельного утра? Может, и Сильвию с Ритой разбудить, пусть тоже порадуются, им-то можно…

Эта глупая и даже граничащая с риском нарваться на членовредительство мысль быстро потухла в моей голове, и я вышел и просто сел за столик в открытом летнем ресторанчике, восхищаясь пробуждением дня, а буквально через час-полтора и горячим кофе. Хозяин открыл кухню уже в шесть, черногорцы вообще встают рано, рыбаки уходят в море затемно, чтобы привезти к завтраку свежую рыбу в трактиры и отели. Простые люди ценят простую жизнь, простые радости, простой быт, им улыбается сама природа, они её дети. А ещё через полчаса ко мне присоединилась чуть сонная Сильвия. Герцогиня заказала ещё кофе, яичницу с болгарским перцем и колбасу.

– Ритку не будила, она до обеда может спать. Кофе хороший, у нас на море он всегда был хорош, турки откровенное барахло не завозят. И вот что я хотела у тебя спросить…

– Не знаю, – сразу ответил я.

– Ты не выслушал, Моцарт, – досадливо покривила губки герцогиня, но я не был настроен на ещё один допрос из серии «кого я люблю больше», поэтому повторил:

– Не знаю.

– Да догадалась уже, но я не об этом, я про…

– Всё равно не знаю.

– Какой купальник мне больше подойдёт, слитный или раздельный?

– А-а… упс, – неуверенно заткнулся я. – Хотя, вот честное слово, тем более не знаю! Купальник – это… Что-то вроде нижнего белья, да?

– Примерно, поможешь выбрать? – взмолилась она, как будто я был единственным и повсеместно признанным экспертом в этой области.

– Но, Сильвия, вот честное слово, поверь…

– Прошу тебя, прошу, прошу, прошу! Хочешь, яичницей поделюсь? Хочешь колбасу? Всю? Забирай! Но только помоги-и…

– Ладно, – сдался я, поднимая руки. – Ты победила. Магазины откроются в десять. Я – твой.