– Глупость какая-то! Вы постоянно твердите о моих разговорах с судьбой, но я по-чему-то о них ничего не знаю! А чего б вам теперь всех Говорящих так не ловить? Посадить меня куда-нибудь, и пусть сами ко мне приезжают!

– Во-первых, для этого нужно иметь много сведений о каждом из них. А во-вторых, Эша, это уже наглость.

Шталь потянулась за бутылкой, но та уже перекочевала к Михаилу, и она сердито отдернула руку.

– Вы знали, что они нападут именно в магазине?

– Он был в нашем списке. Но чтоб в точности - нет, не знал.

– Вы сволочь!
– торжественно заявила Эша и откинулась на склон холма, роняя сигаретный пепел себе на голый живот. Олег Георгиевич, хмыкнув, протянул руку и аккуратно смахнул пепел.

– Сделайте так еще...
– сонно пробормотала Эша, и Михаил отчего-то закашлялся.

– Я рисковал вашей жизнью, Эша Викторовна, - негромко произнес Ейщаров.
– Я прошу у вас прощения.

– Вы использовали меня втемную, - Эша забросила руку за голову.
– И знаете, я бы с удовольствием вам все-таки врезала, если б была не вынуждена признать все это до идиотизма хорошей стратегической операцией. Все попались в полном составе, да еще и злобный зараженный гангстер... М-да, не везет мне с мужиками!.. А эти Гово-рящие правда родственники?

– Да. Дедушка и внучки.

– Какая чудная история, - Эша приподнялась на локте.
– А каким будет следующее задание.

– Следующего задания не будет.

Михаил снова закашлялся, а Шталь мгновенно на четверть протрезвела.

– Вы... как?.. чего?! Вы что - меня увольняете?!

– Ну почему ж так сразу - увольняю, - Ейщаров улыбнулся.
– Если захотите ос-таться в моем штате - пожалуйста. Я подберу вам хорошую работу. Или посодейст-вую получить любую должность там, где вы захотите. Помните, я вам обещал...

– Нет!
– отрезала Эша, потянулась и схватила бутылку.

– Не помните?

– Не хочу! Их нужно искать, а я их нахожу, не правда ли? Я... Олег Георгиевич, - заныла она.
– Пожалуйста, не надо! Я ведь хорошо работаю! Я буду вас слушаться, и вы можете кричать на меня по телефону, как обычно! Я к этому привыкла!

– Вы с ума сошли, Эша?
– в голосе Ейщарова послышалось легкое удивление.

– Я сошла с ума двадцать первого марта ровно в двенадцать двадцать, когда под-писала с вами контракт!
– Эша запрокинула голову и огласила ночной воздух про-должительным бульканьем.
– Поздно что-то менять! Я сумасшедшая, мне по паспор-ту двадцать четыре, моему телу двадцать шесть, а мне самой, как сказала одна крутая экстрасенша, четыре года! Чего мне терять?!

– Я подумаю, - сказал Олег Георгиевич с искренней озадаченностью, после чего подтолкнул Михаила. Тот встрепенулся, повел очами по сторонам, после чего сказал:

– Ах, да! Знаешь... Эша, я тут много думал над тем, что ты тогда сказала...

– Это большая честь для меня, - чопорно ответствовала Эша. Перегнувшись через Ейщарова они обменялись рукопожатиями и сонно покивали друг другу, после чего Михаил вытащил небольшой столовый нож.

– Ты опять за свое?!
– возмутилась Шталь и нагнулась, прячась за ейщаровскую спину. Михаил отчаянно замотал головой.

– Да нет! Это насчет того... мол, хорошее... В общем, этим ножом что отрежешь, так на срезе это всегда будет на вкус как клубника. Ну... у меня воображение не очень... да и найти хороший милый... хм-м, забавный нож...

– Какая прелесть!
– с чувством воскликнула Эша и приняла нож.
– Спасибо, Миш.

– Да, - Михаил уткнулся в бутылку. Эша встала, бесцеремонно опершись на плечо Олега Георгиевича, с трудом подхватила с земли свою сумочку и сообщила Ейщаро-ву, который задумчиво смотрел куда-то вдаль.

– Совсем забыла сдать арсенал.

– Да-да, - рассеянно пробормотал Олег Георгиевич, затягиваясь сигаретой.

– Браслет, - Эша аккуратно положила на землю серебристый браслетик, - шумовка, - она аккуратно положила рядом шумовку, - и...

Ейщаров резко повернул голову и свистящим шепотом произнес:

– Не вздумайте!

– Ой!
– сказала Эша, одновременно с его словами перевернув пакетик вверх дном, шарики просыпались из него и запрыгали по склону между сухой травой куда-то в темноту.
– Я такая неловкая. Наверное много выпила. Ай-ай-ай!