— Нет, — натянуто ответила Тэсс. — Я говорила, мы с ней не общались.

— Жаль, — произнес адвокат. — Она больше не пила и в последние годы вела достаточно примерный образ жизни. К тому времени, когда ваша мать заболела раком, она овдовела. Возможно, болезнь заставила ее пересмотреть отношение к жизни. Если не ошибаюсь, она намеревалась пригласить вас погостить у нее, но не успела. — Он вежливо улыбнулся. — Она говорила мне, что стыдится того, как обошлась с вами, мисс Брэйди, и не питала особых надежд на примирение.

Тэсс сцепила руки на коленях.

— Если бы она захотела поговорить со мной, я бы ее выслушала.

Адвокат пожал плечами.

— Возможно. Но это уже не имеет значения. Время, однако, имеет целительную силу. — Он указал на документы. — К концу недели я проверю эти акции и смогу дать вам представление об их котировке на азиатском рынке. И тогда вы решите, оставить их себе или выставить на продажу. Есть еще кое-какая мелочь, в частности ее украшения. Как только я их получу, тотчас перешлю вам.

Тэсс стало неприятно при мысли, что хоть что-то принадлежавшее ее матери окажется у нее.

— А других родственников нет?

— Есть еще приемная дочь, живет в Сингапуре. Но она уже получила наследство от отца.

— Может быть, она захочет получить драгоценности?

Адвокат удивился.

— Что ж, она, кажется, была привязана к вашей матери. Они были очень дружны. Полагаю, она была бы рада получить их. Но ведь они принадлежат вам, мисс Брэйди. Вы — родственница по крови.

— Я никогда не испытывала родственных чувств, — процедила Тэсс. — Я буду не против, если эта дочь получит украшения и остальные… предметы личного пользования. — Она мельком взглянула на него. — Это трудно выразить, но мне ничего от нее не нужно. Даже акций.

— Их вам придется принять, — удивил он ее. — В завещании нет альтернативного условия. Но ведь в вашей жизни есть, наверное, какая-нибудь цель, которой вы хотите достичь? Эти акции могли бы вам помочь. У меня есть сведения, что с момента скоропостижной смерти вашего отца вы работаете здесь экономкой. Вы не хотели бы стать материально независимой?

Эта фраза оказалась решающей. Если у нее будут хоть какие-то деньги, Каллагану не придется держать ее здесь из жалости. Она обретет некоторую независимость. Хотя разлука с Каллаганом разобьет ей сердце.

— Да, хотела бы, — ответила она. — Я приму акции. Спасибо.

Он показал, где расписаться, сложил документы в портфель, пожал ей руку и пообещал вскоре связаться по поводу акций.

— А сколько они, по-вашему, могут стоить? — несмело спросила она, когда они уже стояли в дверях.

— Трудно сказать. Их покупали по восемьдесят долларов за штуку, но это было в прошлом году.

— И сколько было куплено? Адвокат задумчиво улыбнулся.

— Примерно на миллион долларов.

Тэсс побледнела. Она нащупала дверь и ухватилась за ручку, чтобы не упасть.

— О…

— Как видите, вы прекрасно сможете себя обеспечить. Возможно, ваша мать и была невнимательной к вам при жизни, но под конец она о вас не забыла. Может быть, это вас утешит.

Ее это не утешило, но она улыбнулась и не стала его разубеждать. Закрыв дверь, Тэсс оперлась на нее. За какие-то четверть часа все переменилось — она стала состоятельной женщиной и могла поступать как хочет. Но только без Каллагана Харта. А свыкнуться с этим было труднее всего.

За ужином она рассказала братьям о посетителе.

Когда она назвала размер наследства, они молча переглянулись, будто каким-то таинственным способом обменивались мыслями.

— Я все равно могу учиться, но теперь у меня будет на что жить. И, пожалуй, — она несколько замялась, — мне не понадобится работа. Мне жаль уходить, но ведь Каллаган давно мечтает, чтобы ему готовил кто-нибудь другой.

— Почему ты не зовешь его, как мы, Каг? — деликатно поинтересовался Лео.

Тэсс опустила глаза в чашку с кофе.

— Мне это всегда казалось неудобным.

Они снова таинственно переглянулись.

— Что ж, когда Каг вернется, мы дадим объявление. Потом обсудим, что делать дальше, — сказал Рэй. — Нам будет не хватать тебя, Тэсс. Особенно твоих булочек.

— Истинно так. С вашей эмансипацией хорошего пекаря днем с огнем не сыщешь. Наверно, впредь придется есть булочки из магазина.

— Ну вот еще. — Тэсс посмотрела на них с упреком. — Дорн умеет печь булочки и даже настоящий хлеб. Она наверняка не откажется обеспечить вас. Да вы найдете стряпуху, я уверена.