— Все в порядке? Извините, если бекон пережарился…

— К тебе нет претензий, — тихо перебил он. — Каг сделает то, что должен.

Она повернула к нему раскрасневшееся лицо.

— Лео, он ничего не сделал, — проговорила она вдруг охрипшим голосом. — Он был пьян и перепутал кровать. Вот и все. Ничего, ну ничего не было!

Он остановил ее жестом.

— Каг не знает, что ничего не было. — Лео понизил голос. — И ты ему ничего не скажешь. Послушай, — он не дал ей перебить его, — только ты не позволишь ему рассыпаться в прах и разлететься по ветру. Он одинок и таким останется. Он ни за что сам не женится. Только так. Ты же знаешь.

Тэсс гордо вскинула голову.

— Я не стану расставлять ему ловушки, — отрезала она.

— Тебя об этом никто и не просит. Ловушки будем расставлять мы. Ты только не мешай.

— Ни за что, — упрямилась она. — Он не должен на мне жениться из-за чего-то, чего не делал!

— Кое-что он все-таки помнит. И боится того, чего припомнить не может. Так что он готов жениться.

Тэсс не сводила с Лео широко распахнутых глаз.

— Я люблю его! — призналась она. — А он мне не простит, если я позволю ему жениться, когда он не хочет!

— Он хочет. По крайней мере сейчас. Рэй пошел оформлять разрешение на брак, а вы через полчаса сдадите анализ крови. В пятницу — регистрация брака у мирового судьи. — Лео легко опустил руку ей на плечо. — Тэсс, если любишь его, спаси его от самого себя. Ты ему нравишься. Нам это так заметно, просто в глаза бросается. Но он ничего не предпринимает, хотя в этом — единственный для него шанс обрести счастье. И мы не дадим ему пропустить его мимо носа. Так что извини, но ты у нас что-то вроде козла отпущения. Это как рулетка, но я готов делать ставку.

— А что, если он все вспомнит, а мы уже поженились? — жалобно спросила она.

— Не забивай себе голову заранее. — Он лукаво ухмыльнулся. — Да и тебе нужно застраховаться от… последствий.

— Не может быть никаких последствий! — зарычала она, сжимая кулаки.

— Это тебе так кажется, — пробормотал Лео под нос, но только когда дверь за ним закрылась. Он бодро потер руки и пошел искать брата.

Все происходило молниеносно. Протесты Тэсс так и не были высказаны. Она хотела во всем при знаться Кагу, но братья не позволяли им остаться наедине даже на пять минут. Она опомниться не успела, как они с Кагом оказались у судьи, а Корриган с Дори, Саймон с Тайрой, Лео и Рэй стояли у них за спиной и подбадривали.

Тэсс была одета в белое платье с открытыми плечами, на голове веточка ландыша заменяла фату, а в руках — маленький букетик. Их объявили мужем и женой, и Каг наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, проформы ради и нехотя. Он скорее казался человеком, обреченным на неизлечимую болезнь, чем счастливым женихом, а Тэсс вес больше испытывала угрызения совести.

Потом все пошли в ресторан обедать. Тэсс к еде не притронулась. После этого Лео и Рэй поспешно собрались по делам в Калифорнию, а Корриган и Саймон с женами разъехались по домам.

Каг посадил Тэсс в “мерседес”, на котором выезжал в торжественных случаях, и отвез домой, на ранчо.

Ей хотелось сказать ему правду, но выражение его лица не располагало к откровениям. Она не сомневалась, что от ее признаний станет только хуже. И братьев она здорово подведет.

Она-то знала, что в ту ночь ничего не произошло, но если он переспит с ней, то тоже узнает. Кроме того, если они станут вместе спать, их брак будет невозможно признать недействительным. Тэсс мучилась всем этим целый день и наконец решила поговорить с ним вечером, пока не наступила их брачная ночь.

Было уже пора заняться ужином. Она снимала свадебное платье, как вдруг дверь открылась, вошел Каг и медленно закрыл дверь за собой.

Одетая только в бюстгальтер и нижнюю юбку, Тэсс с расческой в руке обернулась и уставилась на него как на привидение. На нем были только джинсы. Что-то в его взгляде ей не понравилось.

— Каг, я должна тебе сказать…

Он не дал ей договорить. Подхватив на руки, он прижался к ее губам. Не так, как раньше, а грубо, навязчиво.

Тэсс была слишком неопытной, чтобы спастись.

Через несколько минут она барахталась под ним поверх одеяла, старательно помогая ему сбросить с нее последнее.

Он был уже без джинсов. Его руки блуждали по ее телу, грубо и настойчиво возбуждая. Она изгибалась от желания. Когда он наконец овладел ею, она почти не заметила мимолетной вспышки боли.

Зато заметил Каг. Он остановился и поднял голову, вглядываясь в ее помутневшие глаза. Руки у него чуть вздрагивали.

— Я пыталась… сказать тебе, — дрожащим голосом лепетала Тэсс.