Двесметаны - так между ними назывался молодой высокий худой лысеющий человек, даже в ноябре ходивший в шортах, рубашке с коротким рукавом и в сандалиях на босу ногу.

Выгодный муж, подумала Тоня, увидев его впервые. Одевать не надо...

В магазине длинный морж спрашивал всегда одно и тоже: две сметаны. Так они его и прозвали. Жил он явно поблизости, потому что Тося и Олег встречали его постоянно. Свои неизменные две сметаны он носил в большом пакете, где они болтались на самом дне, глупо и несуразно. А каким-то прекрасно-серым ноябрьским утром Тоня увидела стоящего на углу Двесметаны со своим большим нелепым пакетом в левой руке и вафельным стаканчиком мороженого в правой. Длинный странно, отрешенно улыбался, уставившись перед собой, с удовольствием лизал, видимо, редкую для него сладость и выглядел таким одиноким, обездоленным и неприкаянным, что Тоню вдруг больно уколола непрошеная и нечастая жалость.

Тосе не понравился неожиданный вопрос Олега о Двухсметанах. Может быть, у него вообще не две сметаны, а два сердца? Обычный двусердечник, которому всегда жарко. Больной и несчастный.

– Мне его жалко, - призналась Тоня и тотчас раскаялась в необдуманных словах.

Олег вновь задумчиво оглядел Тосю.

– Жалко? Вот как?
– пробормотал он.
– Я почему-то так и думал... Если в зарослях бамбука не видно тигра, не значит, что его там нет... Так утверждают в Китае. Наверное, там знают, что говорят. У нас на днях премьера. Возьми с собой в воскресенье Дениса. Можно прихватить и твоего брата с женой.

Денис в цирке вел себя не по-людски. Он никак не мог взять в толк одну простую истину. Арена - вон она, рядом, а почему-то туда нельзя выбежать, нельзя броситься вниз по лестнице и выскочить к дяде Олегу, и прижаться к нему, а надо сидеть в зале и смотреть на все происходящее сверху. Через десять минут после начала представления он неизменно начинал ныть:

– Тося, ну почему туда нельзя? Я к клоунам хочу!! Я к дяде Олегу хочу!!

Тоня бесилась.

Племянник обожал Олега. Денисик радостно, пронзительно, заливисто хохотал, взлетая под потолок, подброшенный мощными руками циркача.

– Вот она, радость жизни! И настоящая правда!
– говорил Олег, заливаясь хохотом вместе с Денисом.
– Учись у него, Тоня!

– Смотри не урони!
– беспокоилась Тося.

Олег никогда не возражал против Дениса, ему даже нравилось, что они живут втроем. Вроде бы есть ребенок в семье. Но о своем малыше никогда не заговаривал.

У Тоси детей быть не могло. Так решила злая судьба и объявил седенький доктор, долго и упорно обследовавший тоскующую по детям Тоню.

– Увы!
– развел руками старичок.
– Не дано вам, голубушка, детишек рожать! На роду написано! Возьмите на воспитание. Что ж вам дальше-то горевать...

И Тося взяла. Прямо-таки отобрала, решительно и нагло, у братца Кости и его жены Ирки. Те для вида немного посопротивлялись, покапризничали, а потом ребенка отдали и даже обрадовались, получив желанную свободу действий. Тоне эта свобода была не нужна.

Денисик и свел тетку с Двумясметанами. Племянника давно упорно занимал и привлекал этот образ, этот человек-закаляшка, разгуливающий по снегу в сандалиях. Зимой, в сильные холода, он, правда, надевал еще свитер.

– Я тоже так хочу!
– заявил как-то семилетний Денис, подойдя к Двумсметанам, стоявшему у магазина с неизменным пакетом в руке.

– Так - это как?
– на всякий случай справился длинный.

– Чтобы всегда в шортах!
– кратко изложил свое заветное желание Денис.

– Тогда давай закаляйся!
– сказал лысоватый.
– Я тебя научу!

Они познакомились, стали вместе бегать по утрам, обтираться снегом и обливаться ледяной водой. Денис начал ходить в гости к Двумсметанам, и, наконец, не выдержавшая испытания холодом Тося заявилась зимним полднем к новому другу племянника, когда тот был в школе.

Двесметаны открыл ей дверь и смутился.

– Я - тетя Дениса!
– заявила Тоня с порога.
– И я протестую!..

– Вы проходите!
– робко предложил Двесметаны.
– Я знаю, что вы тетя... Мне Денис вас показал.

– Это замечательно, что показал!
– гневная Тоня протопала в комнату, нарочно не снимая сапог.

Все равно у этого типа в доме грязно, как на вокзале. Оказалось - уютно и чисто. Только очень много тренажеров. Тося насчитала три или четыре. А еще эспандеры, гири, отягощения... Хотя, на взгляд Антонины, он принадлежал к тому сорту людей, которым достаточно лишь посмотреть на гантели - и мышцы сами качаются.

– Ребенок может простудиться и тяжело заболеть!
– грозно продолжала пророчествовать Тоня.
– Нельзя ставить на детях такие опасные эксперименты!

– Вы садитесь!
– неуверенно попросил Двесметаны.
– Я очень рад, что вы зашли...

Почему это он рад?! Тоня возмущенно взглянула на самодеятельного тренера Дениса и оторопела. Он смотрел на нее так нежно и задумчиво, словно встретил в ее лице свою первую настоящую любовь.

Удивленная Тося села и аккуратно сложила на коленях руки, с готовностью демонстрируя сразу и те, и другие. Пусть полюбуется! Где еще такое увидишь?..