Озорница, надо полагать, очень ловко спародировала голос незнакомой мне бабы Дуни.

— А тут и я мимо по улице еду… Мамка послала проведать нашу телушку, не отвязалась ли? А то позавчёр, вражина такая, оборвала цепь и забрела на колхоз ное поле с викой. А председатель, дядька Степан, тут как тут! Шуму было-о-о! Ну вот, качу я мимо вашего двора, а бабка Дуня кличет: "Нюрка, а Нюрка! Ты на колёсах? Слётай на реку, отвези моему внуку телеграмму. А я что? Мне не труд но…

— Спасибо, Нюра! — улыбнулся я девчушке.

— Не-за-што! — рассмеялась она и укатила в деревню.

Я проводил её взглядом и призадумался. В этой деревне имеется мой двойник! Откуда он взялся? Кто знает? Кто скажет? Пересвет отстал, Береслава ещё не нашла меня, остаётся матрица безопасника Балашова, но она молчит… Эй, Сергей, где ты там? Когда ненужно, ты тут как тут, а когда необходим, так тебя и не докличешься… Молчит матрица, что делать?

Где-то тут рядом бродит мой двойник…

Он сейчас на речке. Если мы случайно встретимся, то что из этого получится? Боюсь, что ничего хорошего…

Я посмотрел на телеграмму, которую продолжал теребить в пальцах. Меня так и подмывало её прочесть, но имею ли я на это моральное право? Вот уж не знаю! Внезапно на глаза мне попалась строка, приписанная шариковой ручкой по краю изгиба: "Пробойникову Роману Андреевичу"

Но ведь это же я! Я — Пробойников Роман Андреевич! Я больше не коле бался. Вскрыв телеграмму, бегло прочёл:

" В лаборатории всё в порядке тчк Спецкомиссия МинОбороны осталась довольна результатом нашей совместной работы тчк Меня и тебя представили к Правительственной награде тчк Учёный Совет рассмотрит твоё предложение в конце месяца тчк Отдыхай зпт ни о чём не беспокойся тчк

Кеша"

Я прочёл текст во второй раз, но уже более внимательно. Это что же полу чается? Оказывается я, а точнее мой двойник, занимается научной деятельностью в какой-то крутой лаболатории, которая, надо думать, засекречена, раз её куриру ет Минобороны… Далее, мой двойник — светлая голова, поскольку его вместе с каким-то Кешей представили к Правительственной награде… Так! Поехали дальше…

Но "ехать" никуда не пришлось, поскольку размышления мои были прерваны самым беспардонным образом. Погрузившись в собственные мысли, я неспеша брёл по краю откоса к реке, когда внезапно услышал шорох ветвей внизу и увидел, как из кустарника на дне оврага вышли два пацана-акселерата с корот кими стрижками под полу-бокс. Молодые люди быстро вскарабкались на край оврага и встали перегородив тропинку метрах в трёх от меня. Я ошибся, это были не акселераты! Парни наверняка уже отслужили в армии…

Обоих роднила худоба, рёбра пересчитать можно; высокий, почти как у меня, рост и косые чёлки, спущенные на бегающие глазки. Этим, пожалуй, схожесть парней и ограничивалась.

Тот, что встал впереди, выглядел на пару лет старше своего товарища. Ему могло быть и двадцать два, и двадцать четыре, и он обладал несомненными задат ками лидера, потому что держался нахально-уверенно, несмотря на то, что на нём из одежды присутствовали только тёмно-синие сатиновые трусы по колено, кото рые в народе именуют "семейными".

Отсутствие одежды позволяло мне в деталях рассмотреть целую картин ную галерею татуировок, покрывающих грудь, руки и плечи парня, которого я про себя окрестил "главарём". Наколки были разные. Одна, на левой руке — изоб ражала кинжал, увитый розами; другая, на правой — кинжал обвитый щипящей змеёй; третья, на плече — грудастую русалку с мечом и картами в руках; четвёртая, на другом плече — чёрта с вилами, играющего длинным хвостом… Всё это окру жали многочисленные тузы всех мастей и розы с шипами; на груди красовался храм с тремя куполами и четвёртым недостроенным… На спине "главаря", надо думать, тоже синело произведение "лагерного искусства", но разглядеть сей шедевр мне пока не удавалось. Парень никак не хотел поворачиваться ко мне спиной.

Его напарник хоть и пыжился, напуская на себя разбитной вид, всё же выглядел по-проще. На нём были одеты перешитые армейские брюки с широким офицерским ремнём на поясе и мятая-перемятая, словно её жевала корова, серая от грязи майка. На его правом плече тоже красовалась наколка, но скорее армей ская, чем зековская.

Она изображала встающее над волнами солнце, плывущий корабль и реющую над ним чайку. Под картинкой тянулись слова: "Северный флот".

Паренёк, похоже, только недавно вернулся из армии. Роль "шестёрки" в этой паре подходила ему как нельзя лучше.

Я по инерции сделал шаг-другой и остановился, ожидая, чем порадуют меня местные аборигены. Главарь окинул мою фигуру быстрым, оценивающим взглядом из-под лобья и вдруг улыбнулся. Но улыбка у него вышла нехорошей, больше смахивающей на оскал хищьника. Я давно уже просчитал ситуацию и знал наверняка с кем удосужилась свести меня судьба на этой узкой тропинке. Поэтому был готов к любого рода неожиданностям.

— Вы о чём-то хотели меня спросить, молодые люди? — обезоруживающе улыбнулся я в ответ.