– А то, сам не знаешь? Когда ты последний раз контактировал с Виталием Павловичем?

– Года четыре с половиной назад, когда Дмитрий Николаевич Медведев стал Президентом России…

– И? – подозрительно прищурился Мельников. – Ты хочешь сказать, что после этого…

– Ни разу! Ни лично, ни по телефону.

– Ага, понятное дело… И, при этом, ты со своей Татьяной Сергеевной Громовой знаком уже давно… Нестыковочка, однако, Тёмный!

– Уже больше суток. Мы с ней познакомились на платформе «Технологического института», перед отходом электрички – той самой, последней, где нас взрыв и застал, – честно признался Артём. – Подожди-ка, подожди! Ты, что, хочешь сказать… Громова… То есть, Таня не однофамилица Виталия Павловича, а…родственница?

– Его любимая племянница, – недоверчиво качая головой, уточнил подполковник. – По крайней мере, так утверждает компьютерная база данных. Ведомственная база, понятное дело… А ты, получается, не знал про это? Судя по идиотической гримасе на твоей мужественной физиономии, действительно, не знал. Актёр из тебя, майор Белов, всегда был неважный… Да, дела-делишки… Ещё одну французскую папироску? Закуривай, братишка, закуривай! И пивка, так и быть, глотни, – выставил на стол ещё одну банку. – По такому нестандартному случаю – можно…

– Значит, по этому самому поводу-случаю ты и назначил меня своим заместителем? И свадебку оперативно организовал?

– Догадливый ты, Тёмный! Я, прям, тащусь…

Покончив – в один приём – с пивом, Артём закурил и, глядя в сторону, промямлил:

– Таня считает, что не было никакого ядерного взрыва. Говорит, мол, что всё это – гнусная провокация российских спецслужб…

– Неужели? – притворно удивился Мельников. – Знаешь, дружок, я почему-то тоже так думаю. Более того, – заледенел взглядом, – железобетонно уверен, что именно ваша сладкая парочка и курирует – по поручению высокого руководства – данный стрёмный и архиважный проект. То есть, был железобетонно уверен – до этого момента…

Минут через пять-шесть они единодушно пришли к выводу, что именно Татьяна и является куратором «ядерного» проекта. То бишь, запросто могла бы им оказаться – с достаточно высокой степенью вероятности и достоверности…

– А изложила она эту смелую версию – именно для того, чтобы отвести от себя все подозрения, – презрительно улыбнувшись, заявил Мельников. – Причём, изложила очень подробно, грамотно и достоверно. Словно бы готовилась заранее, никуда не торопясь, старательно так и вдумчиво. Даже, мол, высмотрела ногу «старого» трупа… Откуда на платформе взялась отрезанная нога? Я и сам не знаю. Честное офицерское слово – не знаю! Там же охренительная паника началась, мы – во время закрытия щита – находились в бункере, а камеры наблюдения зафиксировали только всеобщую давку. Ведь, все эскалаторы неожиданно заработали «вниз», громко завыла сирена, народ тут же принялся паниковать и нервничать… Ногу эту мы обнаружили уже гораздо позже, но внимательно не осматривали, даже близко не подходили. Типа – было не до того… И наличие радиации в туннелях твоя жёнушка достоверно объяснила, и ливийских шакалов, и голых старух… Только в одном она ошиблась – не было никакого перегона подвижного состава на секретную станцию. Не было! Чтоб мне целый год работать мойщиком-уборщиком туалетов в Государственной Думе! Мы, действительно, сейчас находимся на станции «Лесная». Ладно, братец, продолжаю.… Наверняка, наша милая Татьяна Сергеевна – уже годик-другой – входит в состав знаменитой группы «Z», которую, как раз, и создал уважаемый мной Виталий Павлович. Слышал про такую?

– Так, только самым краешком, – безразлично пожал плечами Артём. – Мол, там собраны самые лучшие и многообещающие кадры, обладающие нестандартными способностями, секретность – запредельная. Даже общего списка, не говоря уже про электронную базу данных, не существует…

– Как ты теперь, Тёмный? – осторожно поинтересовался подполковник, неторопливо закуривая и выставляя на стол очередные две банки пива. – Ну, в плане молодой жены?

– Нормально. Я её люблю. Подумаешь, служит в ГРУ и старательно выполняет полученные приказы… Обычное, в общем, дело. У каждого из нас – своя работа и профессия. Я тоже славным Органам отдал много лет. И, ничего. А ты, Борис, до сих пор в них состоишь…

– Ну, да, ну, да. Оно, конечно, так… Особенно, учитывая высокий моральный облик фигурантки. Права, ведь, была база данных по поводу девственности? Вот, видишь.… Хотя, говорят, что сейчас (в нужный момент) сделать соответствующую корректировочную операцию – раз плюнуть. Двести пятьдесят Евро – и все дела. Тем более, учитывая нехилые возможности нашей славной Конторы… Шутка, понятное дело! Не надо на меня смотреть диким зверем! Тёмный, ты что? Я же, на самом деле, пошутил! Депутатом буду!

– Ладно, живи пока…, – Артём с хрипом выдохнул воздух из груди и с трудом разжал кулаки. – Смотри-ка ты, ногтями, даже, кожу пробил-поцарапал. Кровь теперь сочится… Может – от греха подальше – поговорим о деле?

– Поговорим, – покладисто согласился Мельников, убирая обратно в письменный стол так и не открытые пивные банки.

«У него же, мерзавца хитрожопого, там оборудован мини бар!», – нервно хохотнул внутренний голос. – «Узнаю родимую армию! Российские офицеры всегда отличались острым умом и недюжинной сообразительностью…».

С деталями предстоящего похода к «Маяковской» они определились достаточно быстро. Единственным спорным моментом, как Артём и ожидал, оказался кадровый.

– Хочешь взять с собой Фюрера? – недоумевал Мельников, нещадно лохматя волосы на затылке. – Говорил я с этим скользким молодым человеком. Такому кадру – палец в рот не клади, вмиг откусит, гнида очкастая… Говоришь, мол, физик-ядерщик? Что же, дело, бесспорно, хорошее… Но, ведь, фашист! Как быть с этим?

– Борману же это не помешало – вступить в «грушные» Ряды? Кстати, а как ты объяснишь этот непреложный факт?

– Как, понимаешь, объясню…, – смущённо замялся подполковник. – Тут, братец, образовалась самая натуральная мексиканская мелодрама. Или, всё же, аргентинская? Этот Пётр приходится капитану Горнову родным сыном, но не знает про это. Горыныч представился двоюродным братом покойной матушки пацана… Почему? А хрен его разберёт! Лирические переживания и страшные душевные терзания, надо думать… Короче говоря, капитан Горнов этого непутёвого мальчишку трепетно опекает и упорно пытается направить на путь истинный, мол: – «Завязывай-ка, сынок (то есть, двоюродный племянник) с этой фашисткой бодягой и поехали со мной на славный полуостров Таймыр. Дельного человека сделаю из тебя…». И, вроде бы, Пётр решил-таки подписаться на этот долбанный «Глонас». Они и той ночью, когда грохнуло, должны были встретиться на перроне, чтобы парнишка подписал заявление о приёме… Вот так оно. То бишь, совсем другое дело, майор…