Он не ответил.

– Посмотри в окно, – сказал я. – Вон туда, через улицу, на кладбище.

Он повернулся к окну. На улице было уже совсем темно, так что разглядеть что-нибудь нам не удалось. Разве что собственное отражение в стекле.

– На прошлой неделе похоронили Дуайта Педерсона. Он оказался на том свете из-за тебя, из-за твоей жадности и паникерства. Как ты после этого себя ощущаешь?

Я в упор уставился на него, выжидая, пока и он посмотрит мне в глаза.

– Если бы я этого не сделал, – произнес он, – старик нашел бы самолет.

– Ну и пусть.

Джекоб растерялся.

– Ты же убил его, – сказал он. – Мог спасти, но не сделал этого.

– Я убил его, чтобы спасти тебя, Джекоб. Нужно было выбирать между ним и тобой. Я выбрал тебя. – Помолчав некоторое время, я добавил: – Может, я и допустил ошибку.

Джекоб явно не мог сообразить, как ему реагировать на это. Он продолжал лупить на меня глаза, и на лице его было все то же выражение полнейшего замешательства.

– Но уж больше со мной такого не случится, – заверил его я. – В следующий раз я тебя выдам.

– Я не могу нести за него ответственность, – прошептал Джекоб.

– Ты просто поговори с ним. Скажи, что я сожгу деньги, если заподозрю, что он портит все дело.

Джекоб опустил голову, уставившись себе на колени, и я впервые заметил у него намечавшуюся лысину. Это меня поразило. Если бы ему еще сбросить вес, то выглядел бы он точной копией отца, каким тот был незадолго до своей смерти. Таким же побитым, жалким.

– Жаль, что мы не можем поделить деньги прямо сейчас, – проговорил он. – Поделили бы и разбежались в разные стороны.

– Но мы же не так планировали, Джекоб.

– Знаю. – Он вздохнул. – Я просто мечтаю вслух.

На следующий день, в пятницу, за ужином Сара спросила меня, поговорил ли я с Лу.

Я покачал головой.

– Джекоб поговорит.

Мы ели спагетти, и Сара как раз в этот момент подкладывала себе добавки.

– Джекоб? – удивилась она. Ложка, которую она держала в руке, застыла в воздухе, макароны свисали над ее тарелкой. На Саре было темно-синее платье. В ярко освещенной кухне этот цвет придавал ее лицу нездоровую бледность.

Я кивнул.

– Может, тебе стоит это сделать самому?

– Я подумал, будет лучше, если именно он с ним поговорит. Джекоба Лу послушает. Меня же – вряд ли.

Сара закончила накладывать себе спагетти и поставила блюдо на середину стола.

– Ты уверен, что Джекоб понимает, насколько все серьезно?

– Я немножко припугнул его.

Сара взглянула на меня.

– Припугнул?

– Да, сказал, что, если нас поймают по вине Лу, я выдам его как убийцу Педерсона.

– Ну, и?..

– Поначалу он немного запаниковал, но, думаю, это должно сработать. – Я улыбнулся. – Он даже предложил убить Лу.

На Сару это, казалось, не произвело никакого впечатления.

– Как? – спросила она.

– Что как?

– Как он хотел убить его?

– Он хотел обставить это как автокатастрофу.

Сара нахмурилась. Она взяла вилку, накрутила на нее спагетти, отправила их в рот, прожевала и проглотила.

– Мне кажется, тебе не стоит угрожать Джекобу, – заметила она.

– Я и не угрожал. Просто хотел устроить ему небольшую встряску.

Она покачала головой.

– Если Джекоб согласен участвовать с тобой в заговоре против Лу, он с таким же успехом может объединиться и с ним против нас.

– Джекоб не станет замышлять что-то против нас, – произнес я с такой уверенностью в голосе, словно сама эта идея была абсурдна.

– Как ты можешь утверждать это?

– Он мой брат, Сара. А это все-таки что-то значит.

– Но кто ему ближе – ты или Лу? По-моему, у Лу больше оснований считать себя его братом.

Я задумался. Пожалуй, Сара была во многом права.

– Ты хочешь сказать, что Джекоб может попытаться убить меня из-за денег?

– Я хочу сказать только одно: не угрожай ему. Все, чего ты добьешься своими угрозами, – это вынудишь его кинуться к Лу. У них ведь нет семей, в отличие от тебя. Так что им ничего не стоит ворваться сюда, убить тебя, взять деньги и смыться.

– Деньги спрятаны. Они не знают где.

– Давай представим: вот они пришли сюда с ружьем, приставили его к твоей голове и просят показать, где спрятаны деньги.

– Они никогда этого не сделают.