Но когда я вывалилась на траву перед деревом рода, воспоминания, пробудившиеся было, снова отступили в глубины памяти. Я подняла голову к небу. В вышине кружил чёрный дракон.

Взгляд в его… нет, её сторону, отозвался радостью.

— «Меня зовут Полночь! И это ты дала мне имя!!!»

— «Да?» — Нет, упорное чувство того, что мы знакомы, никуда не делось. Но имя? Когда это я успела?

— «Всадница…» — нотка сочувствия — «Время ещё не пришло, но ждать осталось недолго! Я вернусь к тебе!»

— «Возвращайся». — Почему-то попросила я. Не хотелось, чтобы она улетала. Но так было нужно.

От из портала просто вышел. Тарриэль выпал. Хенно выкатился — не лучше меня — и начал крутить головой, осматриваясь в новом мире. Наверное, ему было не по себе. Он же первым заметил отсутствие ящерицы на моём плече

— А где драм-пиир?

— Улетела. — Честно ответила я.

Целитель хлопнул глазами

— А, бывает.

Интересно, он только теперь задумался о том, во что ввязался?

— Иффен, нам надо поговорить.

— Угу. — Кивнула я. Что это там происходит такое интересное? — От, а кого это там казнить собираются?

Вожак прислушался. Он чуял долину лучше меня, поэтому быстро определил

— Хорта.

И помчался сквозь кусты, не дожидаясь нас.

Я рванула следом, в прыжке меняя облик. Ребёнок? Ему это не повредит. Не здесь, во всяком случае, не на земле моего рода. Долина защищает своих детей. Так и должно быть. Жаль только, эльф не в курсе. Иначе чем объяснить его недовольный взгляд, вворачивающийся мне в спину?

Мы успели вовремя. Круг для поединка ещё только очерчивали. И все замерли, когда в его центр выскочил вожак. Он зарычал, пригибая голову и обводя стаю горящим взглядом. Я осторожно пробралась к Хорту. Белый волк лизнул меня в лоб, едва повернув голову.

От ждал, не меняя облик. И все знали, чего именно. Кого. Тарриэль остановился на краю поляны, Хенно держался за его плечом, с опаской глядя на оборотней. Я стояла рядом с Хортом, чуть дальше от центра поляны, чем он. Так, чтобы не раздражать остальных, и одновременно — занимая место, на которое могла претендовать в стае. Что-то мне подсказывает, что ещё смогу. Уж больно мрачным выглядит Тарриэль, и в его взгляде, направленном на меня я вижу злость и обиду. Но сейчас не время думать об этом. Сейчас я — часть единого сложного организма — стаи. И то, что вершится перед нами — дело стаи, а не чужаков. Пусть даже этот чужак — мой муж.

Вожак ждал. Оборотни стояли, склонив головы. Они тоже ждали.

Орн повёл себя правильно. Приполз к отцу и подставил шею, медленно отведя голову в сторону. Признал себя слабейшим и виновным. Это меня не удивило. Как и то, что вожак позволил ему подняться.

Первым перекинулся От. После, дождавшись милостивого кивка, остальные. Я сменила облик и тут же очутилась в объятиях Хорта. Вдохнула его запах и блаженно замерла.

— Вернулась. — Шепнул он, отпуская меня.

— Вернулась. Эээ… а что тут было?

— А, это меня за предательство стаи казнить собирались.

— Когда ты успел? — усмехнулась я.

— Да вот, пока тебя не было.

— Безобразие. Нельзя вас оставить даже ненадолго.

Оборотень потёрся щекой о моё плечо. Для этого ему пришлось нагнуться, но, наверное, оно того стоило.

— Вот и не оставляй больше.

— Постараюсь.

Суд всё же был. Только От не согласился с решением сына. И уж тем более не принял всерьёз обвинение, изложенное в интересном таком послании, доставленном за день до приезда Хорта магическим вестником. Куда большее доверие вызвало у него письмо Людвига с императорской печатью.

В Упыревом лесу шел дождь. Сонно то ли квакали, то ли булькали невидимые лягушки, кто-то шуршал среди стволов деревьев, вяло перекидывались репликами мокнущие на ветвях вороны. В общем, всё как всегда. Хозяин леса пробирался к своему домику. Несколько часов он провел на опушке, обдирая кору с упавшего дерева и нетерпеливо поглядывая на небо. Кора была полезная — в обработанном виде помогала от поноса. Вот только надрал он её столько, что впору было организовывать поставки в империю этого жизненно важного продукта.

— Ничего. Запас — это хорошо. — Поделился рыжий с тощей фиолетовой лягушкой, выползшей ему навстречу. Лягушка откровение нагло проигнорировала.

Стоит ли оглядываться, уже стоя на пороге дома? Оказалось — стоит. Потому что в небе кружили драконы. Два — огромный, тёмный и поменьше — переливающийся опаловым блеском. Хозяин леса пошёл к оговоренной с тем странным юношей полянке. Пошел, а не побежал вприпрыжку. Вот так, молодец. Медленно и степенно.

Людвиг прилетел на Лунным, игнорируя недовольное шипение Гарр-она и каменное лицо жены. Он имеет право здесь быть. Хотя бы ради Фета, который не оставил бы императора одного во дворце, пока контракт на их жизни не отменён.