Лунная дорожка расчертила чёрную гладь озера. Небо было ясным. А Полночь в лунном свете переливалась тёмной зеленью. Только гребень на спине и полоса на голове драконицы оставались чёрными. Она опустила меня на берег и, снова поднявшись в воздух, нырнула в озеро.

Выплыла и заявила

— «Вода холодная».

Я рассмеялась. Это дракон сейчас сказал? Я на холод особого внимания не обращала. Наоборот, в воде было лучше, чем наверху.

— «Драконица».

— «Что?»

Снисходительный взгляд и пояснение

— «Я не дракон, а драконица».

— «А разница?»

— «Такая большая, а до сих пор не знаешь?» — Полночь закатила глаза и нырнула, чуть не притопив и меня за компанию.

Отплёвываясь я выплыла на поверхность и тряхнула головой. Расползшаяся коса тянула вниз. Вода действительно была холодной, однако меня это не останавливало. Оборотень я или не оборотень?

— «Полночь!»

— «Ты запомнила моё имя? Похвально». — Пуд ехидства в голосе и ещё два во взгляде. Прелесть, а не дракон! И она считает меня всадницей?

— «На себя посмотри».

— «Кто тебя научил подслушивать чужие мысли?»

Ответ драконицы меня почти не удивил

— «Ты».

Когда это я успела? Видимо тогда же, когда получила собственного дракона, нарекла ему (ей) имя и стала всадницей. То есть — понятия не имею… Странно всё это, я же отчетливо помню своё детство, и никаких драконов там явно не наблюдалось, токмо люди, оборотни, да прочая разнокалиберная нежить. Так откуда взялась Полночь? М? Снова куча вопросов и ни одного ответа.

— «Это всего лишь жизнь».

— «Философствовать тебя тоже я научила?»

— «Нет. В этом ты не сильна».

— «Ну спасибо, ящерица!»

— «Всегда пожалуйста. Пора вылезать, а то ты совсем задубеешь».

— «Это мне решать».

— «Ага».

Меня аккуратно подцепили на шею и отволокли на берег. Только тогда я поняла, как сильно успела замёрзнуть. Полночь полюбовалась на трясущуюся от холода всадницу и свернулась вокруг неё кольцом. Пристроила голову на лапу и начала дышать теплом, отогревая.

Очень скоро меня перестало трясти. Я даже смогла одеться, благо костюм оставался на берегу и был хоть и мятый, но сухой.

— Благодарю.

— «Не за что. Ты пыталась себя убить?» — мысленный голос драконицы был строгим.

— «С чего ты взяла?»

— «Ты моя всадница».

— «Я никогда не совершила бы такой глупости. К тому же сейчас…».

— «Да?»

— Да. И не надо больше об этом.

— «Ты сердишься, всадница? Значит, я права»

— «Отстань. Отвези меня обратно».

Драконица наклонила голову и посмотрела на меня сначала одним глазом, потом вторым. И только после этого широким жестом подставила крыло

— «Залезай».

От крыла я увернулась, хотя и с трудом.

— «Ну, не рассчитала немного. Практики давно не было». — Смутилась Полночь.

— Угу… «А ты не расскажешь, как оказалась в том мире? И почему была там не драконом, а драм-пиир?»

— «Не могу. Время ещё не пришло».

— «А оно придёт?»

— «Надеюсь. Иначе мы так и умрём…» — Драконица оборвала фразу. — «Всё, нужно лететь, пока ты снова не замёрзла».

— «Летим».

Прошло две недели. Уехало эльфийское посольство, вынужденное признать брак своей королевы. Ещё бы — дети для дивных представляют огромную ценность, а уж ребёнок правительницы и подавно. Не сказать, чтобы это их особенно обрадовало… Но пойти против собственной природы эльфы не могли.

Тёмные эльфы принесли извинения… гильдии воров за то, что контракт на Фета не будет выполнен. Публично извинились, ага. Не обратив внимания, что до этого о контракте не знал никто, кроме главы гильдии, пары его приближенных и самого Фета. Хенно по-прежнему оставался в долине оборотней. Хорт вернулся к Заре и заявил, что не собирается больше надолго покидать Озёрный.

Людвиг и Эльнираэль были несколько удивлены, когда на бал я явилась под руку со Странником. Фет только удивлённо вздёрнул бровь, и я поняла, что он ещё вернётся к этому. Позже. Хорт ничего объяснять не стал и даже перестал швыряться злобными взглядами… после того, как его об этом попросили раз этак в четвёртый. Эльнираэль смотрела свысока. Хорошо хоть, гордость и воспитание не позволили ей прокомментировать отсутствие браслета на моей руке. И отсутствие того, кто этот браслет на меня надел… Странник же только улыбался и не отпускал мою ладонь.