Бонвилан не мог не заметить, что его наряд вызвал у гостей большое изумление.

— Это одеяние называется yakuta tatsu. [106] Tatsu по-японски означает «дракон», олицетворяющий собой могущественные и непокорные природные стихии. В шестьдесят пятом я прожил год в Японии в качестве личного телохранителя императора Мейджи, до тех пор пока не умер отец и меня не отозвали обратно. Император Мейджи настоял, чтобы я взял с собой что-нибудь японское. Я редко достаю это одеяние из шкафа, но сегодня особый случай. Я подумал, может, вам понравится видеть маршала не таким церемонным, как всегда.

Кэтрин первая оправилась от удивления.

— Вы потрясающе выглядите, маршал.

— Благодарю вас, Кэтрин. Надеюсь, никто не возражает против того, чтобы сидеть на подушках.

Никто не возражал, хотя с церемониальными мечами и в модных платьях сидеть так было не слишком удобно.

— Слава богу, турнюры [107] больше не в моде, — шепнула Кэтрин королеве. — Иначе мы катались бы тут, точно кегли.

Угощение состояло главным образом из рыбы и риса; обслуживал гостей один-единственный худощавый слуга.

— Вообще-то Коко шеф-повар, — заявил Бонвилан. — Я переманил его из одного ресторана в Лондоне с обещанием приличного жалованья. Он португалец, но может приготовить все, что пожелаете. Особенно хорош в японской кухне.

Час прошел медленно, несмотря на культурологические лекции маршала. Наконец терпение Кэтрин истощилось. Она шмыгнула носом и принялась скручивать салфетку, как будто намеревалась задушить ее.

Деклан вздрогнул. Он знал, что означают эти признаки. Надвигались неприятности.

— Угощение изумительное, маршал, — сказала Кэтрин, — но, уверена, мы собрались здесь не просто чтобы поесть и поболтать. В своем приглашении вы высказались несколько неопределенно, поэтому я хотела бы знать, какое отношение этот праздник имеет к Конору?

Лицо Бонвилана превратилось в маску сожаления и понимания.

— Вы правы, Кэтрин. Я отклонился от raison d'etre [108] сегодняшнего вечера. Конор. Ваш сын. Герой Соленых островов. Я подумал — мы могли бы обменяться воспоминаниями об этом храбром молодом человеке и, скажем, поднять в честь него тост. У меня припасена бутылка редкого вина.

Неплохо получилось; маршал почувствовал, что, если понадобится, сможет выдавить и слезу.

— Но почему именно сейчас? — не унималась Кэтрин. — Признаться, я в некотором недоумении, маршал.

От необходимости отвечать его избавил звук сигнальной трубы со Стены.

Деклан мгновенно вскочил.

— Это призыв к оружию.

Король Николас настоял на том, чтобы горнисты Соленых островов выучили сигналы армии США.

— Не стоит паниковать. — Бонвилан вышел на балкон. — Меня предупреждали, что он может появиться.

— Кто? — спросила королева.

— Враг государства, ваше величество. — Бонвилан прильнул к телескопу. — Тот, который называет себя Летчиком.

— Летчик, — сказал Деклан. — До меня доходили слухи о нем. Вы хотите сказать, что он представляет собой реальную угрозу?

— Реален ли он? Да, — ответил Бонвилан, не отрываясь от телескопа. — Представляет собой угрозу? Уж точно нет. Всего лишь какой-то француз с воздушным змеем. Подойдите взгляните сами. Линзы просто потрясающие.

Кэтрин вцепилась в плечо Деклана, чтобы унять дрожь. Все эти разговоры о полетах и французах вызывали в памяти Виктора Вигни.

— Француз на воздушном змее? — напряженно спросила она.

— О господи, конечно! — Бонвилан постарался изобразить шок. — В точности как убийца Вигни. Вполне допускаю, что Летчик — один из его помощников. Любопытный гибрид безумного революционера и ученого… Как бестактно с моей стороны даже упоминать о нем. Пожалуйста, не покидайте зал. Караульные на Стене подстрелят его.

Взяв Бонвилана за руку, Деклан отвел его в сторону.

— Подстрелят? Вы же сказали, что он не представляет собой угрозы.

Бонвилан наклонил к нему голову и заговорил еле слышно:

— Практически нет, хотя мои люди обнаружили мастерскую по изготовлению гранат.

Деклан побледнел.

— Гранат! Маршал, я капитан караульных на Стене. Почему мне неизвестно об этом?

— Капитан… то есть Деклан, информаторы с материка связались со мной меньше двух часов назад. Я планировал обсудить эту проблему после обеда, но если быть честным… француз на планере, бросающий гранаты? Нелепо! Что-то вроде низкопробных романов ужасов. Да и ветер сегодня дует в сторону материка. Как этот безумец может прилететь сюда?