— Вы пили вино? Провозглашали тост?

«Странный вопрос для предполагаемого убийцы, — подумал Деклан. — Но сейчас не время отвлекаться. Обезвредь его, а потом будешь думать о его вопросах».

Он выхватил меч, собираясь нанести Летчику удар плоской стороной лезвия, чтобы просто вывести его из строя, но тот каким-то образом довольно небрежно отбил меч рукой.

— Тост. Вы пили?

Что-то в осанке этого человека тревожило Деклана, порождало ощущение, что он вот-вот совершит ужасную ошибку. Лицо или, возможно, голос. Что-то… Он не стал наносить удар.

Кэтрин никаких сомнений не испытывала. Лица Летчика, даже частично, она не видела. С ее позиции были видны лишь муж и нападающий на него человек. Она приподняла край юбки и нанесла сильный удар ногой в бок Летчика, а следом схватила стоящую рядом вазу с цветами и швырнула в него.

Конор пошатнулся, весь в бледно-желтых нарциссах и стекающей воде.

— Постойте… — пробормотал он, сдергивая с себя ремни и крылья. — Не…

Однако передышки Конор не получил. Изабелла схватила с подставки самурайский меч и встала в фехтовальную позу.

— En garde, monsieur, — сказала она и бросилась в атаку.

Конор едва успел достать из ножен саблю, чтобы парировать первый удар.

— Изабелла, — тяжело дыша, проговорил он, — остановитесь.

Однако королева останавливаться не собиралась.

— Я остановлюсь, когда ты будешь мертв, убийца.

Конор сумел отбить очередной удар, и это дало ему мгновение, в котором он нуждался, чтобы восстановить равновесие.

Со времени их уроков с Виктором Изабелла заметно преуспела в фехтовании, но и Конор не забыл основ преподанного ему учения.

— Вы прилежно изучали Мароццо, — хватая ртом воздух, сказал он. — Виктор мог бы гордиться вами.

Меч задрожал в руке Изабеллы и замер.

«Что это значит? Кто этот человек, взывающий к имени Виктора?»

Деклан оттащил королеву и жену себе за спину и вскинул меч.

— Откройте свое лицо, сэр! — потребовал он. — Даю вам пять секунд, прежде чем мы сразимся не на жизнь, а на смерть. И погибнете вы, обещаю.

Конор медленно опустил меч и вонзил его кончик в пол.

— Хорошо. Но прежде, чем я сделаю это, скажите, пили вы вино или нет.

— Ничего мы не пили! — взорвался Деклан. — А теперь снимите очки, сэр.

Плечи Конора поникли, казалось, он вот-вот упадет без чувств. Но потом он выпрямился, оттянул от подбородка воротник и поднял на лоб очки. Его лицо почернело от копоти и масла, но глаза были ясны, и из-под кожаного шлема выбивался локон светлых волос.

Все потрясенно замерли. То, что открылось их взглядам, было совершенно невозможно.

— Отец, я знаю, ты поклялся убить меня при нашей следующей встрече, — медленно заговорил Конор, — но ты многого не знаешь. Виктор не убивал короля, и я тоже не принимал в этом участия. Это сделал Бонвилан.

— Конор, — вырвалось у Кэтрин. — Ты жив?

Деклан рухнул на колени словно подкошенный. По его лицу текли слезы, дыхание участилось.

— Мой сын жив. Господи, это правда?

Внезапно до Конора дошел весь размах хитрости Бонвилана.

«Родители искренне верили, что я мертв. У Бонвилана для каждого была припасена своя ложь».

Изабелла первой бросилась к нему, крепко обняла, поцеловала в щеку. Их слезы смешались.

— Конор, Конор, где же ты был?

Конор был потрясен силой обрушившихся на него эмоций — он-то ожидал недоверия и гнева, а никак не любви.

— Это ты был тогда в камере, — простонал Деклан. — Я сказал, что убью тебя, и тем самым обрек на адские муки.

Кэтрин, которая до сих пор успокаивающе поглаживала мужа по спине, не могла дольше держаться вдали от сына. Она метнулась к нему, взяла его лицо в ладони.

— Конор! Ты уже мужчина. Такой же высокий, как твой отец в семнадцать лет.

Конор как-то отстраненно удивился, осознав, что ему всего семнадцать. Конору Финну было за двадцать.

Внезапно лицо Деклана Брокхарта исказилось от гнева.

— Все это сотворил Бонвилан. Клянусь Богом, я заставлю его заплатить!

Бонвилан! В вихре эмоций Конор забыл о Хьюго Бонвилане. По-прежнему в объятиях королевы и матери, он неуклюже повернулся, но обнаружил лишь лужицу крови там, где упал Бонвилан. Он выдернул саблю из пола, обвел комнату взглядом и увидел, как его старый враг крадется вдоль стены к двери.

— Отец! — Конор ткнул мечом в сторону маршала. — Нужно задержать Бонвилана.

Поняв, что ему не сбежать, Бонвилан сунул руку за гобелен и нажал скрытый там рычаг. Камин на шкивах заскользил в сторону, и открылось маленькое помещение, в котором в тесноте сидели гвардейцы Святого Христа.