Линус встал и отряхнул штаны.

— Только не сегодня вечером, мой юный друг. Планеты выстроились в ряд; руны сложены; я нашел в траве четырехлистный клевер. Сегодня вечером, спустя три года, Конор Брокхарт восстанет из мертвых.

— Может быть, — ответил Конор. — Но надолго ли?

Двухлетний Шон Брокхарт лежал в постели, но не спал.

— По-моему, у него жар, — сказала Кэтрин, прикоснувшись тыльной стороной ладони ко лбу малыша. — Может, лучше остаться дома.

— Остаться дома, — улыбнулся Шон. Деклан, в полной форме, отчего плечи казались шире, стоял в дверном проеме.

— С Шоном все в полном порядке, дорогая. Будь он чуть посильнее, я взял бы его на военную службу прямо сейчас. Если не хочешь идти, просто так и скажи, не впутывай малыша в свои интриги.

Кэтрин расправила медали на груди мужа.

— Я была против с тех самых пор, как поступило приглашение. Это странно, тебе не кажется? Внезапное желание маршала устроить праздник в честь Конора?

Деклан нахмурился. За последние недели многое изменилось. Он стал самим собой впервые за долгие годы; точнее говоря, за три года. И хотя он по-прежнему был благодарен Хьюго Бонвилану за то, что тот сделал для Конора и семьи, его беспокоили методы этого человека, в особенности суровая дисциплина и даже жестокость, которые тот поддерживал на Малом Соленом. Не так давно люди Деклана рассказывали ему ужасные истории об этой тюрьме.

— Это не странно, а естественно. Хьюго тоже испытывает чувство вины. Ведь именно его люди охраняли короля. С Николасом всегда существовала проблема: он не желал, чтобы его жизнь проходила под охраной. Был чересчур доверчив.

— Поговори с Изабеллой, Деклан. Она ждет этого.

— А ты уже разговаривала с ней?

Кэтрин положила руку на плечо мужу.

— Она разговаривала со мной. Изабелла тоже обеспокоена. Ей нужен друг, к которому люди прислушиваются. Ты единственный, кто может бросить вызов Бонвилану.

Деклан не хотел выступать в этой роли.

— Маршал — мой начальник. И был очень добр к нам.

— Мне не хочется огорчать тебя, Деклан, но в последние годы ты витал в облаках, был слеп и глух к несправедливости, которая становится нормой на Соленых островах. Мечта Николаса создать Утопию для людей — теперь это мечта Изабеллы. Но не Хьюго Бонвилана. Он хочет стать премьер-министром. Всегда хотел.

Для Деклана эти факты были как лучи света, прорвавшиеся между плотными занавесками.

— До меня доходили кое-какие слухи. Я могу провести расследование.

Кэтрин сильнее сжала его плечо.

— Еще одно. Хотя сегодня, возможно, не время говорить об этом: Виктор Вигни предатель?

— В его апартаментах нашли письма с детальным описанием наших оборонительных сооружений. И мои люди были с Бонвиланом, когда он обнаружил тела.

— Мне все это известно, но я тоже знала Виктора. Он спас нас, помнишь?

— Он спасал себя, — возразил Деклан и мягко добавил: — Виктор был шпионом, Кэтрин. Шпионы — люди хладнокровные. Мы воспринимали его таким, как он хотел, чтобы мы его воспринимали.

В глазах Кэтрин дрожали слезы.

— Просто пообещай, что поддержишь Изабеллу во всех ее начинаниях. Твоя преданность прежде всего принадлежит ей.

— Конечно, она же моя королева.

— Хорошо. — Кэтрин вытерла глаза. — А теперь я снова должна привести себя в порядок. Почему бы тебе пока не рассказать что-нибудь сыну, не развлечь его до прихода няни?

Маленький Шон понял главное.

— Расскажи, папа. Расскажи, расскажи, расскажи.

Деклан крепко сжал руку жены, прежде чем она покинула комнату.

— Я вернулся, Кэтрин. И позабочусь обо всех нас, включая королеву.

Он уселся на постель Шона. Как обычно, он не мог, глядя на одного сына, не вспомнить о другом, но прогнал невеселые мысли и улыбнулся малышу.

— Ну, Шон Брокхарт, не желаешь засыпать?

— Не хочу спать, — ответил Шон, воинственно потянув отца за рукав.

«Такой маленький, — подумал Деклан. — Такой уязвимый».

— Думаю, одна из моих историй подойдет. Какую хочешь? О капитане Кроу?

— Не надо Кроу. — Шон оттопырил нижнюю губу. — Конор. Расскажи о Коноре. О брате Шона.

Деклан оказался застигнут врасплох. Шон никогда прежде не просил рассказать о Коноре, и Деклан этого не ожидал.

— О Коноре! — требовал Шон, колотя папу по бедру.

Деклан вздохнул.

— Хорошо, малыш. О Коноре. О твоем брате существует множество историй, поскольку он был человеком особенным и совершил немало удивительных поступков. Однако его самое знаменитое деяние, то, за которое он получил золотую медаль от правительства, — это спасение королевы Изабеллы. Конечно, тогда она еще была не королевой, а просто принцессой.