— Принцессой, — удовлетворенно повторил Шон.

— Тем летним днем Конору и Изабелле надоело лазить по заброшенным дымоходам, и они решили, притворившись пиратами, напасть на королевские апартаменты…

И Деклан Брокхарт рассказал историю о горящей башне. Когда она закончилась и принцесса была спасена, он поцеловал спящего мальчика и покинул спальню с ощущением странной легкости на сердце.

«Это безумие, — думал Конор. — Чистое помешательство, учитывая, как много может пойти не так».

Несмотря на алюминиевую обшивку, двигатель может оказаться слишком тяжел. Пропеллер даже не прошел испытания в аэродинамической трубе и мог с равной степенью вероятности как толкать судно вперед, так и просто разнести его нос на части. Непропитанный муслин легче пропитанного, но, возможно, будет отражать воздушные течения не в той мере, чтобы создать подъемную силу. Рулевое управление в зачаточном состоянии и обеспечит поворот не больше чем на двадцать градусов, но даже это может привести к тому, что крылья просто отвалятся. Неизвестно, обеспечат ли концы крыльев достаточную для взлета балансировку. И так далее и тому подобное.

Мост Святого Патрика превратился в некое подобие кафедрального собора. Жители городка спускались по крутой тропинке вниз и скапливались в естественном амфитеатре чуть повыше площадки из глинистого сланца. Одни занимали удобные места, открывали корзины с едой и, дожидаясь начала «спектакля», дружески болтали. Другие выстроились по обеим сторонам моста Святого Патрика, подняв вверх фонари, чтобы осветить дорогу Летчику.

«Новые напасти на мою голову, — размышлял Конор. — Попытки свергнуть военного лидера недостаточно, в придачу я должен развлекать горожан».

Он в последний раз проверил «Щетку», с масляной лампой в руках заглядывая под каждое крыло, выискивая разрывы, выравнивая вздутия. Все, больше откладывать нельзя.

— Это твой четвертый последний осмотр, если уши меня не подводят, — заметил сидящий в тени Линус. — Отправляйся, Конор, или ты упустишь отлив.

— Да, конечно, вы правы. Нужно лететь немедленно. Наверное, это выглядит ужасно глупо — столько приготовлений к такому короткому полету.

Линус подошел ближе. Лампа освещала его снизу, отбрасывая призрачные тени на худощавое лицо.

— Ты не прав, мальчик. Это чрезвычайно важный полет. Исторический.

Конор застегнул летную куртку.

— Боюсь, вовсе не исторический. Не будет ни официальных отчетов, ни фотографий. Ничто не может быть признано, если нет хотя бы одного свидетеля из Королевского научного общества. Каждую неделю объявляется новый чокнутый, заявляющий, что он летал.

Линус высоко вскинул руки — как дирижер, выражающий признательность зрителям.

— Все до одного присутствующие здесь мужчины, женщины и дети всю оставшуюся жизнь будут помнить то, что вот-вот должно произойти, и не важно, как об этом впоследствии будет сказано в исторических книгах. Истина никогда не умирает.

Конор пристегнул очки и шлем.

— Линус, если что-то произойдет… что-то плохое… вы найдете безопасный способ связаться с моим отцом? Он должен знать правду.

Линус кивнул.

— Найду, мальчик. У старого шпиона всегда припасено в рукаве несколько трюков, но я верю в тебя.

Конор поднялся по короткой лестнице на место пилота и осторожно уселся. Что-то на его куртке звякнуло о каркас. Это была крылатая буква «А».

— Думаю, больше в ней нет нужды. — Конор отстегнул эмблему. — Бонвилан точно знает, кто я такой.

Он бросил ее над головой Линуса мальчику по прозвищу Дядя.

— Подарок на память. Когда люди станут говорить, что этого никогда не было, по крайней мере ты будешь знать, как все происходило.

Дядя потер крылатую букву «А» о рубашку, полируя ее.

— Спасибо, Летчик. Я рассчитывал на очки, но, наверное, тебе они еще понадобятся.

— К несчастью, да. Но ты их получишь, если я вернусь, взамен еще одной, последней любезности.

— Все, что угодно! — воскликнул парнишка, уже воображая, как он важно расхаживает по килморской пристани, лихо сдвинув очки на лоб. — Если только для этого не нужно мыться.

— Нет. Никакого мытья. Пусть два твоих самых высоких парня встанут у концов крыльев. Это должны быть сильные, быстрые на ноги парни.

Дядя подозвал двух высоких парней и велел им встать так, как сказал Конор.

— Эти двое такие тупицы, что по сравнению с ними городской идиот выглядел бы Шерлоком Холмсом, — по секрету сообщил Конору Дядя. — Если вы захотите, они побегут прямо в море. — И потом он добавил, обращаясь к парням: — Бегите быстро, приятели. Поддерживайте крылья ровно, и я обменяю ваши алмазы на две пачки ирисок.