— Сегодня устроимся спать под ее оконцем.

Взволнованный рассказами Вернорука, Лориан с трудом заснул. «Почему Орлоглазка? Почему не Лорена? Хоть и схожи наши имена, но, видно, никогда не встретиться мне с этой удивительной девушкой», — засыпая, подумал он.

Но судьба распорядилась так, что встретиться им довелось быстрее, чем можно было представить в самом романтическом сне. Проснувшись, он вскочил на ноги от ощущения тревоги. Едва не попав ногой в угли дымного кострища, осмотрелся. Вокруг не было никакой опасности. Конаны, мураявры и прочая нечисть никогда не подходили близко к основанию Огромного Оплота. Нет, тревога исходила от сознания Вернорука. Но где товарищ?

Лориан обошел дотлевающий костер и посмотрел вправо и влево вдоль Великой стены. Спрашивается, куда мог запропасть приятель? В ближайшей низине он обнаружил Вернорука, заливавшегося горькими слезами, с волосами, густо обсыпанными серым пеплом. Скорчившись, он сидел на земле и рыдал, размазывая слезы по пухлым щекам. При виде столь душещипательного зрелища Лориан остолбенел.

— Вернорук, что с тобой? — Лориан пытался развернуть товарища к себе лицом, но всякий раз Вернорук отворачивался.

Кто мог обидеть этого великана со здоровенными кулаками? Когда Вернорука удалось немного успокоить, он промолвил всего одно слово:

— Перстень.

Лориан подскочил на месте:

— Какой перстень? Ты о чем? Вернорук всхлипнул:

— Ночью и утром я уходил. Гулял под стеной. Когда вернулся, над твоей головой висел перстень на веревке. Это верный признак.

— Какой перстень, над чьею головой? Какая веревка?

— Пока меня не было, Орлоглазка спустила по стене перстень, привязанный на конце спущенной веревки.

— А… — протянул пораженный Лориан. Вернорук поднялся и побрел прочь. Лориан двинулся следом за приятелем.

— Это был знак для тебя, — попытался он по-иному истолковать утреннее событие.

— Нет, — Вернорук отрицательно помотал головой, и из его широкой груди вырвался стон. — Перстень — это верная примета избранника. Мне он по ночам снился.

Лориан развел руками:

— Без тебя я никуда не полезу. И речи быть не может. Забудь об этом. Я на твою девушку не претендую.

— Полезешь, — ощетинился Вернорук.

Лориан насторожился. Ему совсем не хотелось ссориться с другом. Не к драке ли идет дело?

— Полезешь, и я сам тебя в тощий зад буду подталкивать, — с угрозой в голосе заявил Вернорук.

— Да объясни ты, в чем дело-то?

— Если Орлоглазка спустила перстень со стены, она требует жениха. Это знак, чтобы парни со всего племени попробовали себя, испытали. Каждый по очереди может залезть на вершину Оплота.

— Что им всем с одной девушкой делать?

Вернорук обернулся:

— Кто-то же доберется до ее клети.

— Один из нас, — уточнил Лориан.

— Один из вас. — Вернорук был на редкость упрям. — Я не полезу.

Лориан не понял:

— Вернорук, о чем ты? В племени есть парни посильнее нас с тобой. Они заберутся к девчонке, не успеем мы сказать: «Лети, красавица, лети».

Лишь в ответ на эту грубость Лориана Вернорук соизволил дать вразумительное объяснение:

— До цели доберется лишь тот, кто избран девчонкой. Перстень висел у тебя в изголовье. Ты избран. Всех остальных она сбросит. Если Орлоглазка не в духе, малой кровью не обойдется.

Лориану с трудом верилось в услышанное. Когда они ~ вернулись к племени, Вернорук всем рассказал о перстне, спущенном со стены. Среди молодых веков возникло волнение. Каждый считал себя достойным провести ночь в каменной каморке Орлоглазки. Все стали перебирать веревки и искать у старших мази для рук. Не участвовавшие в этой суете Вернорук и Лориан отправились в карьер. Они работали как в обычный день, но молча. Выполняя заданную работу, на пару они обтесали продолговатый прямоугольник и вернулись к стене. Новости были печальны. Из тех, кому удалось добраться на опасную высоту, двое сломали себе ноги, один переломал ребра, а последний лежал без сознания, окруженный родными, — у него был поврежден позвоночник. К тому моменту, когда тень от стены бежала на восток, больше не было желающих попытать счастья. Вернорук подтолкнул Лориана коленкой и прошептал:

— Полезешь.

Лориан отрицательно помотал головой.

— Тогда ты мне не друг, — пригрозил век. Выхода не было.

— Разрешение у шамана будем спрашивать? — спросил Лориан.

— Ты хоть и мудрец, но глупый. Половина племени соберется под стеной Оплота, сделай только первый шаг к Орлоглазке.

Так и вышло. На дальних лугах Лориан набрал пахучих цветов и вернулся к Оплоту. Чтобы букет не мешал ему при подъеме, он засунул его за пояс на спине. Его стыдливые действия вызвали град насмешек у толпы зрителей. Многим из легкомысленных веков хотелось посмотреть, как речной юноша, облитый нечистотами, свернет себе шею. Подойдя к стене, Лориан поплевал на мозолистые ладони. Вернорук стоял рядом и молча подставил другу сцепленные замком руки.