Не пеняйте, что живет!

И прислужницы не стерпишь,

Если лик ее не мил!

Дочери царя Левана

Дня невестою не мнил!

В башенном окне один лишь

Миг узрел ее и к ней

Навсегда остался камня

Башенного холодней.

Если ж царь Леван, разгневан,

На отца пойдет войной —

Против мощного вторженца

Нам сражаться не впервой!

Вслед бесстрашному Гургену

Все примчимся на войну

И в который раз прославим

Нашу древнюю страну!

Царь Гурген скорбит о сыне.

Третий месяц царь, как крот,

Света белого не видит,

Третий месяц слезы льет

Над ослушником, что царство

На пастушку променял.

Но однажды в час полночный,

Визирей созвав, сказал:

“Визири мои, довольно

Знаете меня, чтоб знать, —

Не боязнь царя Левана

Мощному мешает спать.

Об ослушнике Годердзи

Естество мое скорбит.

Браком первенца с безродной

Повелитель ваш убит.

Браком первого – с последней,

Венценосного – с простой,

Отпрыска царей древнейших

Браком – с нищенкой босой.

Как земля не сотряслася,

Скал не рухнули столбы

От неслыханного брака

Господина и рабы?

Как светила не погасли,

Зря такую черноту?

Как обвалом не засыпал

Бог неравную чету?

Визири мои, молю вас,

Укажите мне пути,

Как наследника престола

С недостойной развести?

Как уста его и очи

От красы ее отвлечь?

Как любовь из сердца выжечь?

В сердце ненависть зажечь?”

Помолчавши, отвечали

Визири: “О царь и вождь!

Это дело – колдовское,

Превышает нашу мощь”.

Тут коварный визирь Шерэ

Голос подал: “Царь, верна

Преданность моя, – хоть в пекле

Раздобуду колдуна!

Но одно мое желанье,

Царь, исполни. Не злодей

Я. И девушку жалею,

Выросшую без людей.

Разлучив ее с Годердзи,

Бедную не убивай!

Чем стервятникам на ужин —

Лучше мне ее отдай!” —

“Быть по-твоему, – промолвил

Царь. – Как только чародей

Разведет ее с Годердзи,

Будет девушка твоей”.

Вышли визири. Последним

В летней ночи черноту

Шерэ вышел, в черном сердце

Нежа черную мечту.

За высокими горами,

За просторами морей

Угнездился злой волшебник,

Видом – старец, сердцем – змей.

Каджам запродавши душу,

Приказует он воде,

Ветру, солнцу, стуже, зною,

Граду, ливню и грозе.

Чернотою превосходит

Уголь, деготь и смолу.

Словно тучи по утесу —

Злые мысли по челу.

В клеветах своих гнездится —

Что паук среди тенёт.

Низостью Искариота

Смело за пояс заткнет.

Вместо глаз у старца угли,

Зубы – битое стекло,

Кости голые железо

Листовое облегло.

Уши – рыси, когти – грифа,

Чинной старости венца

Не ищи – седин почтенных!

Ибо – грива жеребца.

К этому-то старцу Шерэ

День и ночь спешил, пока

С горной выси не увидел

Тайной кельи ведьмака.

шерэ

(с горы)

Здравствуй, старец досточтимый!

Здравствуй, мудрости родник!

Через горы, через долы —

Наконец, к тебе проник.

Трудным делом озабочен,

Попрошу я мудреца:

Попытайся образумить

Ты царевича-глупца.

колдун

Что ты волком воешь сверху?

Знаю про твою беду.

В логово мое спускайся, —

Две недели Шерэ жду.

шерэ

(спустившись)

Помоги, всесильный старец!

День мне стал черней, чем ночь!

Ты один во всей подлунной

Можешь скорбному помочь.

Страстною любовью болен,

Сна и разума лишен,

Как под камнем – под любовью

Заживо похоронен.

колдун