Венди и Дэнни обменялись напряженным испуганным взглядом.

– Помоги-ка, - тихо сказала она.

Секунду Дэнни не двигался с места, как будто отцовское лицо парализовало его, потом неровным шагом перебрался к матери поближе и помог держать левую ногу. Они проволокли Джека по кухонному полу, двигаясь медленно, как в кошмаре.

Было тихо, только под потолком, будто насекомые, гудели лампы дневного света, да слышалось их собственное затрудненное дыхание.

Когда они добрались до кладовки, Венди опустила ноги Джека, и повернулась, чтоб неумело отодвинуть засов. Дэнни смотрел вниз на отца, который снова расслабился и вяло лежал на полу. Пока они тащили его, сзади из штанов выбился хвостик рубашки. Дэнни подумал: "Интересно, папа так сильно напился, что ему не холодно, или нет?" Казалось, запирать папу в кладовку, словно дикого зверя нельзя, неправильно, но Дэнни видел, что тот пытался сделать с мамой. Даже находясь на

верху, он знал, что папа собирается сделать. Их перебранка звучала у него в голове.

(если б только мы все смогли отсюда выбраться или это оказалось бы сном - я сплю в Стовингтоне и вижу сон, если бы только)

Засов не поддавался.

Венди тянула изо всех сил, но он не шевелился. Она не могла отодвинуть проклятую штуковину. Глупо и нечестно... когда она ходила в кладовку за банкой супа, то дверь открылась без всякого труда. Сейчас засов не желал двигаться, что же ей следовало делать? Они не могли засунуть Джека в рефрижератор - там он бы замерз и задохнулся насмерть. Но если они оставят его на свободе и он очнется...

Джек на полу снова пошевелился.

– Я об этом позабочусь, - пробормотал он.
– Я понимаю.

– Мам, он просыпается!
– предостерег Дэнни.

Всхлипывая, она вцепилась в засов обеими руками.

– Дэнни?
– в тоне Джека сквозила какая-то пока неясная мягкая угроза.
– Это ты, док, старина?

– Пап, ты поспи, - нервйо сказал Дэнни.
– Знаешь, уже пора спать.

Он поднял глаза на мать, которая все ещё сражалась с засовом, и немедленно понял, что именно не так. Она забыла, что сперва надо повернуть засов, а уж потом пытаться вытащить его. Маленький язычок сидел в своем гнезде.

– Вот, - сказал он тихонько, отстраняя её дрожащие руки, своими, такими же трясущимися. Он выбил ладонью язычок и засов легко отодвинулся.

– Быстрее, - сказал Дэнни. Он поглядел вниз. Джек опять распахнул глаза, странно невыразительные, задумчивые, и на этот раз папа смотрел прямо на него.

– Ты списывал, - сказал ему папа.
– Я знаю, что ты списывал. Но оно где-то здесь. И я его найду. Обещаю тебе. Я его найду...
– слова снова стали неразборчивыми и затихли.

Толкнув дверь кладовки коленкой, Венди открыла её, едва замечая едкий запах сушеных фруктов, который поплыл оттуда.

Она снова взялась за ноги Джека и втащила его внутрь. Теперь она дышала хрипло, судорожно, из последних сил. Когда она дернула шнур выключателя, Джек опять раскрыл глаза.

– Ты что делаешь? Венди! Что ты делаешь?

Она перешагнула через него.

Джек оказался проворным, на удивление проворным. Он выкинул руку в сторону и, чтоб (увернуться, Венди пришлось вильнуть, поэтому за дверь она буквально вывалилась. Он всетаки ухватил её за халат, тот с громким треском порвался. Теперь Джек стоял на четвереньках, волосы падали на глаза. Он напоминал грузного зверя. Большую собаку или льва.

– Будьте вы оба прокляты. Знаю, чего вам надо. Но ни хрена у вас не выйдет. Этот отель... он мой. Ему нужен я. Я! Я!

– Дэнни, дверь!
– крикнула она.
– Запри дверь!

Дэнни толкнул тяжелую деревянную дверь, и та с треском захлопнулась в тот момент, когда Джек прыгнул. Когда она вошла в проем, Джек глухо ударился в нее, но тщетно

Маленькие ручки Дэнни ухватились за засов. Венди была слишком далеко, чтобы помочь; вопрос о том, будет ли Джек заперт внутри или окажется на свободе, должен был решиться за пару секунд. Дэнни упустил засов, снова нашел его и пропихнул в скобы как раз тогда, когда дверь бешено затряслась.

Потом её перестали трясти, но раздалось несколько глухих ударов - это Джек бил в неё плечом. Стальной засов диаметром четверть дюйма держал крепко и не собирался поддаваться.

Венди медленно перевела дух.

– Выпустите меня!
– бушевал Джек.
– Выпустите! Дэнни, мать твою так, я твой отец и хочу выйти отсюда! А ну, делай, что тебе говорят!

Рука Дэнни машинально потянулась к засову. Венди перехватила её и прижала к груди.

– Дэнни, с отцом надо считаться! Делай, как я сказал!

Или я тебе так задам, что всю жизнь будешь помнить Открой эту дверь или я тебе вобью в голову твои паршивые мозги!

Дэнни смотрел на мать, бледный, как оконное стекло.

Слышно было, как Джек тяжело дышит за полудюймом твердого дуба.

– Венди, выпусти меня! Сейчас же выпусти! Ах, ты, дешевка, сука фригидная! Выпусти меня! Слышишь! А ну, выпусти меня отсюда, тогда я все спущу на тормозах! А нет, так я из тебя котлету сделаю! Излуплю, как Сидорову козу, родная мать тебя не узнает! Сейчас же открой дверь!