Они едва успели покончить с завтраком, который, решил Питт, в лучших отелях стоил бы не менее пяти долларов, как появился матрос и сказал, что коммандер Коски ждет их в рубке на мостике. Довер пошел туда, Питт — в нескольких шагах за ним, держа в руках чашку кофе. Когда они вошли в рубку, коммандер и Ханневелл склонились к карте на столе.

Коски поднял голову. Подбородок его больше не торчал, как нос ледокола, голубые глаза казались почти безмятежными.

— Доброе утро, майор. Надеюсь, вам у нас понравилось.

— Немного тесновато, но кормят великолепно.

Коммандер искренне улыбнулся.

— Что скажете о нашей маленькой электронной стране чудес?

Питт повернулся на триста шестьдесят градусов, разглядывая рубку. Похоже на декорацию научно-фантастического фильма. Все четыре стены от пола до потолка заняты механической лавиной компьютеров, телевизионных мониторов и приборных консолей. По всем стенам проходили бесконечные ряды рычажков с вертикальными и горизонтальными надписями, а множество разноцветных лампочек вполне были бы уместны в казино Лас-Вегаса.

— Впечатляет, — сказал Питт, отпивая кофе. — Сканирующие радары поиска цели в воздухе и на поверхности, новейшее навигационное оборудование типа системы дальней радионавигации на средних, коротких и ультракоротких волнах, не говоря уже о компьютерном прокладывании курса.

Питт говорил с небрежным видом пиарщика, нанятого верфью, построившей «Катавабу».

— Со стапелей «Катаваба» сошел, оснащенный самым дорогим океанографическим, коммуникационным, навигационным, аэрологическим и навигационным оборудованием; чего нет больше ни у одного корабля такого размера в мире. Ваш корабль, коммандер, способен оставаться в море при любых атмосферных условиях, проводить при этом поиск и спасательные операции и помогать в океанографических исследованиях. Могу добавить, что на корабле семнадцать офицеров и сто шестьдесят матросов; его строительство обошлось в двенадцать или тринадцать миллионов долларов; построен корабль на верфи Нортгейт в Уилмингтоне, штат Делавер.

Коски, Довер и все остальные в рубке, за исключением Ханневелла, который продолжал внимательно разглядывать карту, застыли. Если бы Питт был первым марсианином на Земле, и то не стал бы объектом такого недоверчивого внимания.

— Не удивляйтесь, джентльмены, — сказал довольный собой Питт. — Я привык тщательно готовиться.

— Понятно, — мрачно ответил Коски. Было очевидно, что ему ничего не понятно. — Может, подскажете, почему вы готовились так старательно?

Питт пожал плечами.

— Я же сказал, у меня такая привычка.

— Раздражающая привычка. — Коски смотрел на Питта с легкой тревогой. — Интересно, тот ли вы, за кого себя выдаете?

— Мы с доктором Ханневеллом настоящие, — успокоил Питт.

— А это мы узнаем через две минуты, майор, — с неожиданным цинизмом сказал Коски. — Я тоже, знаете ли, люблю тщательно готовиться.

— Вы мне не верите, — сухо сказал Питт. — Жаль. Зря беспокоитесь. Мы с доктором Ханневеллом не собираемся подвергнуть опасности ваш корабль.

— Вы не дали мне оснований для доверия. — Взгляд Коски стал мрачным, тон был холодный, как лед. — У вас нет никаких письменных приказов. Я не получил по радио подтверждения ваших полномочий, ничего… ничего, кроме неясного сообщения от командования береговой охраны о вашем прибытии. Могу заметить, что прислать такое сообщение может всякий, кто знает наш позывной.

— Нет ничего невозможного, — ответил Питт. Он не мог не восхититься проницательностью Коски. Коммандер ударил точно по шляпке гвоздя.

— Если вы ведете какую-то темную игру, майор, я не хочу в ней участвовать… — Коски замолк и принял у моряка радиограмму; он внимательно, не торопясь, изучил ее. Странное выражение появилось на его лице. Нахмурившись, он протянул листок Питту. — Похоже, вы неиссякаемый источник неожиданностей.

Хотя Питт ничем не выдавал, что ему неловко, это определенно было так. Неминуемое, то, что им предстояло сейчас, приближалось давно, и у Питта было время подготовиться. К несчастью, более правдоподобную историю он так и не придумал. И решил, что остается только взять из рук коммандера листок и смотреть как можно невозмутимее. На листке стояло: «В ответ на ваш запрос о докторе Уильяме Ханневилле и майоре Дирке Питте сообщаем. У доктора Ханневилла высшие полномочия. Он директор Калифорнийского института океанографии. Майор Питт действительно начальник отдела особых проектов НПМА. Он также сын сенатора Джорджа Питта. Эти люди участвуют в океанографическом исследовании, жизненно важном для интересов правительства, и должны пользоваться максимальным вниманием и поддержкой. Сообщите майору Питту, что адмирал Сандекер просит его опасаться фригидных женщин. Подписано: командующий береговой охраной».

— Защита отдыхает, — сказал Питт, наслаждаясь каждым слогом. Сандекер, старый лис, использовал все свое влияние, чтобы убедить командующего береговой охраной стать участником игры. Глубоко вздохнув, Питт вернул листок Коски.

— Должно быть, приятно иметь друзей наверху, — сердито сказал Коски.

— Да, иногда это помогает.

— Мне ничего не остается, кроме как удовлетвориться вашими объяснениями, — тяжело сказал Коски. — Что касается последней фразы, надеюсь, это был код?