– Была... Была такая обязанность, а теперь нету.

– Ой, не торопись, ой не торопись!
– англичанин отвернулся от окна и направился к своему столу. Плейбой последовал за ним.

– Я знаю о чем он думал, - сказал плейбой, поудобнее устраиваясь в мягком кресле.
– Глядя на наши освещенные окна, человечек, пересекая площадь думал: "А о чем думают вон там, за этими окнами?"

– Очень может быть, - англичанин энергично, ладонями, растер вялое свое ночное лицо и спросил: - Ну и как?

– Жаль, конечно, но у нас нет другого выхода, Женя.

– Я понимаю, понимаю...

– Ты считал, что уже давно распорядился. Смотри, не опоздай.

– Не опоздаю, - и еще раз повторил: - Не опоздаю.

28

Этот англичанин звался Коляшей. Вернее наоборот: Коляша звался Англичанином. Кличка у него была такая. Смирнов внимательно оглядел его, стройного, в безукоризненном двубортном костюме, и полюбопытствовал размышляюще:

– Все забываю спросить тебя, Коляша: откуда у тебя кликуха такая нестандартная - Англичанин?

Не обижался Коляша, не мог обидеться на старика. Улыбнулся на все тридцать два, откинулся на спинку вертящегося хромированного кресла - чуда оргтехники - и легко поведал:

– В отрочестве мне очень нравилось слово "джентльмен", я всех своих приятелей джентльменами называл. "Джентльмены, говорю, пора покровским рыла чистить!" И мои джентльмены чистят.

Они - джентльмены, а я, в ответ, - англичанин. Так и прилипло.

– Понятно, понятно, - рассеянно выразил свое удовлетворение успокоенный Смирнов. Продолжая рассматривать теперь не Англичанина, а щегольскую обстановку детективного агентства "Блек бокс", он между прочим напомнил: - Ты мне должен пятерых пареньков добыть, Англичанин.

– Николай Григорьевич мое имя и отчество.
– Неожиданно обиделся Англичанин, но вспомнив, что перед ним перспективный клиент, тут же все смягчил улыбчивым объяснением: - Ей богу, отвык я за полгода от Англичанина, Александр Иванович!

– Ты уж прости меня, старика, Колюша! У меня в башке-то все по-старому: я тебя - Англичанин, а ты меня - мент. Уж извини. Так как насчет ребятишек?

– Готовы, готовы. Все пятеро уже в оперативной комнате сидят, вас ждут.

– Надеюсь, не уголовники?

– Менты, Александр Иванович, менты, - успокоил Коляша.
– Бывшие уголовники нами используются как охрана, а бывшие менты - на слежке.

– Транспорт какой-нибудь в их распоряжении есть?

– Есть, Александр Иванович. Две "девятки". Достаточно?

– Вполне.

– На сколько дней необходимы вам наши агенты?

– Ну, считай, неделя, дней десять не более.

– Тогда я для начала выписываю счет на неделю.

– Выписывай, - разрешил Смирнов и приготовился наблюдать, как будет водить пером по бумаге грамотей Англичанин. Но Англичанин писать не стал: звонком вызвал секретаря с борцовской накатанной шеей и, протянув ему бумаги, распорядился:

– Все оформи на семь дней.
– И после того, как секретарь закрыл за собой дверь: - Вам лично "Мицубиси-джип" подойдет?

– Он хоть крытый джип этот?
– с опаской поинтересовался Смирнов.

– Ваши представления о джипе, видно, еще со времен войны, покровительственно догадался Коляша.
– Закрытый, закрытый, и хорошо закрытый. Все как в легковухе, только проходимость джиповая. Так подойдет?

– Подойдет, - решил Смирнов.
– Доверенность на меня сделали?

– Сделали. К паренькам пойдем теперь?

– Пришлешь их ко мне по спиридоновскому адресу к 11 часам. А сейчас мне некогда, срочные дела. Джип где?

– У подъезда, - сообщил Англичанин и тут же швырнул ключи от автомобиля Смирнову: старческую реакцию проверил. Смирнов ключи легко поймал, спрятал в карман. В карман же отправил и доверенность и, встав, задал вопрос, оглядывая коляшины апартаменты:

– Ну, и что интереснее, Англичанин: убегать или догонять?

...Дорогого благородно-металлического цвета "Мицубиси", еле слышно журча мотором, бежал по вздыбленной Москве и быстро добежал до Пушкинской, где у "Известий" уже ждали Смирнова Казарян и Спиридонов. Было четверть десятого.

– Реквизировать бы эту машину у твоего буржуя, - помечтал вслух Казарян, усаживаясь на заднее сиденье "Мицубиси".

– Нареквизировались. Будя, - всерьез отреагировал на это заявление Спиридонов. А Смирнов никак не отреагировал. Спросил только:

– Предварительно позвоним?

– А зачем?
– удивился Казарян.

В чистом подъезде-вестибюле было тихо-тихо, как в раю. Они поднялись на пятый этаж и позвонили. И за дверью было тихо. Было тихо, и они ждали. Долго ждали и безрезультатно.