Из него исчезла бы человечность,

Будь он лишен изъянов.

В мире должно быть разнообразие,

Чтобы было что слушать, чтоб было на что смотреть...

x x x

Теми словами или не теми,

Кстати или некстати,

Иногда мне удается сказать, что думаю.

Порой неумело и путано,

Я всегда пишу стихи по наитию.

Писать стихи - вовсе не означает водить

пером по бумаге,

Стихотворство - это потребность моего существа,

То, что в меня привносит солнце.

Я пытаюсь поведать о том, что чувствую,

Мысль моя - тоже чувство.

Облекая мысли в слова, я слов не ищу

Они приходят сами,

Я не прогоняю слова сквозь коридоры рассудка;

Не всегда удается добыть истину.

Моя мысль медленно переплывает реку!

Тяжелы ей одежды, в которые ее облекли.

Я стараюсь сбросить с себя все, чему обучен,

Разбередить память,

Соскоблить краску, которой замазаны чувства,

Расцарапать истинные ощущения,

Освежевать себя, чтобы стать самим собой

не Алберто Каэйро,

Но человечным животным в доподлинном естестве.

x x x

Я пишу, чтобы понять Природу, хотя бы

не как человек,

Но как некое живое существо, единое с Природой,

не более того.

Так я пишу - то хорошо, то плохо,

То попадая в цель, то промахиваясь,

Падая здесь, поднимаясь там,

Но всегда иду своим путем с упорством слепца.

Только так я познаю себя.

Я - Открыватель Природы,

Я - Аргонавт, плывущий на поиски истинных чувств.

Я привношу во Вселенную новую Вселенную,

Потому что хочу вернуть Вселенной ее изначальность.

Так я чувствую, и так я пишу.

Отлично зная,

Что уже пять утра,

Что солнце еще не высунуло голову

Из-за стены горизонта,

Но уже показались кончики его пальцев,

Уцепившиеся за край стены горизонта

В зазубринах отдаленных хребтов.

x x x

Затворяю окно - снова в комнате я один.

Вносят лампу. Желают спокойной ночи.

Благодушный мой голос отвечает: спокойной ночи.

Я хотел бы, чтоб этим одним моя жизнь и была:

Днем, наполненным солнцем или теплым от летнего

ливня,

Днем ненастным и темным, как день перед Страшным

судом,

И случайным вечерним прохожим, бредущим

неспешно

И с большим интересом глядящим в окошко мое,

Взглядом дружеским, тихим на тихие эти деревья,

Ну, а там уж - закрытым окном и зажженною лампой,

Чтоб не думать уже ни о чем и лежать,

ничего не читая,

Ощущая, как жизнь пробегает по мне - как по руслу

струится река,

А снаружи такая стоит тишина - будто дремлет

Господь.

ВЛЮБЛЕННЫЙ ПАСТУХ

x x x

Покуда у меня не было тебя,

Я любил Природу, как тихий монах любит Христа.

Теперь я люблю Природу,

Как тихий монах любит Деву Марию,

Истово, на свой лад, как и прежде.

Она стала мне ближе, больше меня волнует.

Я лучше понимаю реки, когда иду с тобой

Лугами до речного берега,

Когда ты рядом,

Я пристальней гляжу на облака.

Ты не отняла у меня Природу,

Ты изменила ее.

Ты приблизила Природу ко мне.

Ты есть - и я лучше вижу Природу, а она все та же.

Ты меня любишь - и я люблю ее все так же,

только сильнее.

Ты меня избрала, чтобы я был твоим и любил тебя,

И я стал пристальней вглядываться

Во все, что меня окружает.

Я не жалею о себе прежнем,

Ведь я остался самим собой.

x x x

Всю ночь я провел без сна, видя только ее.

Представлял ее в разных обличьях, но не такой,

как в жизни.

Раздумья о ней уточняю воспоминаниями,

в которых она говорит со мной.

В каждой моей мысли она выглядит по-иному,

оставаясь при этом собой.

Любить - значит думать.

Я забываю о чувствах, чтобы думать о ней.

И даже не зная толком, чего я хочу, думаю только