Одна: и ночь и ветер дети

Мечты, создавшей все на свете.

Все - только греза наяву.

И я тотчас ее прерву,

Поведав лишь, помыслив лишь

О ветре и о ночи. Тишь...

Все родственно, и все похоже.

И ночь прошла, и ветер тоже.

И день приблизился несмело.

Все грезилось - и отлетело.

x x x

Спать! Забыв минуты и часы,

Облако плывет в небесной сини.

Волосы неведомой богини

В две прозрачных заплелись косы.

Но затишья миги нелегки:

Снидут, сгинут - словно передумав.

Лабиринты сна, блужданье шумов,

Доброты отжившие зрачки.

О счастливый миг небытия!

Радость или боль? К оцепененью

Жизнь потянется обманной тенью

С ней могу и не считаться я.

Я ли это? Как постичь во сне,

На которые заброшен круги?

В смутном и томительном досуге,

Кажется, черед растаять мне.

Сохнет мысль, как летние ручьи.

Будто веер, жизнь моя закрыта.

Вот - цветы, но где для них защита?

Быстро вянут все цветы мои.

Неосознаваемая страсть

Не желать... запутанные тропки,

Что ведут от жизни прочь, за скобки..

x x x

Навевая сумрак смутный,

Землю осень пожелтила

Дуновением своим.

Ветер, странник бесприютный,

Как во сне, бредет уныло,

Одиночеством томим.

Вижу листьев желтых вьюгу:

Поднимаются бесцельно,

Падают, скользя к земле

По незамкнутому кругу,

Только ветр в тоске смертельной

Мертвенно бредет во мгле.

И надежда не тревожит,

И мечты все безнадежней,

Но из собственных же уст

Завтра мне уже, быть может,

Прозвучит: "О, где ты, прежний!"

Ветер хладен, ветер пуст.

x x x

Кротко и нежно взлетев,

Птичий напев

Возвещает начало дня,

Звеня.

Слушаю - вот и исчезло оно...

Лишь потому, что я слушал, звучать

Было ему дано.

Везде и всюду - зря

Всходила бы заря,

Догорал бы закат, восходил бы рассвет,

Если бы я вослед

От них удовольствия не получал:

Все потеряло бы смысл, когда не чередованье

Концов и начал.

x x x

Простой мотив старинный!

Не знаю, почему

Прислушиваюсь плача

К звучанью твоему.

Когда тебя я слышал?

Не знаю, но давно...

Не в детстве ли, что эхом

Твоим возвращено,

Куда тянусь вернуться

Я из последних сил,

Не зная: был ли счастлив

И я ли это был?

x x x

Пребывай в объятьях сна

В этот час ночной.

Пусть прекрасна, пусть нежна

Лишь для грезы ты нужна,

Для нее одной.

Плоть манящая твоя

Грезам ни к чему.

И на грани забытья

Льнуть к тебе не стану я

И не обниму.

Нежность видишь ты во сне,

Так дремли, дремли,

И в полночной тишине

Низойдет мечта ко мне

От тебя вдали.

x x x

В ночи свирель. Пастух ли взял от скуки?

Не все равно? Из тьмы

Возникли, ничего не знача, звуки.

Как жизнь. Как мы.

И длится трель без замысла и лада,

Крылатая, как весть.

Вне музыки. Но бедная так рада,

Что все же она есть.

Не вспомнить ни конца и ни начала

Ее несвязных нот,

И мне уж горько, что она звучала

И что замрет.

x x x

Искрится вода, мешая

Увидеть, что впереди.

И чья-то, совсем чужая,

Тоска поднялась в груди

Тоска сиротливой тени,

Пришедшей из той страны,

Где муки - благословенье,

А страсти - просветлены.

И с болью она взирает,

Как жизнь, идя стороной,

Обманутая,- стирает

И сон о себе иной.

x x x

Склонись ко мне, мечтая.

Забудься забытьем.

Томление читаю

В слепом зрачке твоем.

Забудься сном, что любим,

И сказкой, что живем.

Все мнимо, все напрасно: