Она обвела взглядом присутствующих. Сестры лучезарно улыбались. Лукас смотрел на нее, как кот на мышь. Элли выглядела так, словно ее только что поколотили. Лицо Перри стало мрачнее тучи. И только в глазах матери Лукаса мелькнула искорка сочувствия. Она ободряюще улыбнулась, потрепала Джессику по плечу, встала со стула и поправила шаль на плечах.

— Похоже, преподобная мать-настоятельница очень умная женщина, — сказала Розмари Уайльд. — Однако мне бы не хотелось, чтобы Джессика и мой сын венчались сейчас, когда обстоятельства говорят против их брака. Сплетен и так предостаточно. Ты согласен со мной, Лукас?

Лорд Дандас вопросительно посмотрел на мать.

— Что вы предлагаете, матушка? — он просил совета у матери.

— Вам нельзя венчаться тайно и наспех, словно тебе и Джессике есть чего стыдиться, — высоко подняв голову, заявила мать Лукаса. — Ваша свадьба должна стать событием сезона. Она всем запомнится надолго.

— Если позволите, у меня есть маленькое предложение, — застенчиво вставила сестра Эльвира.

Джессика прекрасно знала, что означает ее застенчивый вид, и выпрямилась на стуле. Берегись ее, пронеслось у нее в голове. Хотя она горячо любила сестру Эльвиру, девушка знала, что внешность маленькой монахини бывает обманчива. Она далеко не всегда бывала радушной, доброй и по-матерински ласковой, какой казалась. Она умела стать твердой как сталь, если сочла, что мальчику или молодой послушнице необходима железная рука, которая направит их на путь истинный.

Когда мать Лукаса согласно кивнула, сестра Эльвира продолжила:

— В жизни Джессики начинается трудный период больших перемен, но чем дольше она будет оставаться в Челфорде, тем он будет труднее. Здесь она не знает точно, кто она такая — то ли сестра Марта, то ли Джессика Хэйворд. А мне бы хотелось, чтобы сейчас ей было легко. Леди Розмари, насколько мне известно, у вас есть дом в Лондоне. Могу ли я попросить взять туда Джессику?

Предложение было настолько неожиданным, что Джессика почувствовала, как почва уходит у нее из-под ног.

— Но… но… я не могу бросить Хокс-хилл! — отчаянии вскричала она. — У меня здесь столько дел. Я не могу оставить мальчиков…

Сестра Эльвира наклонилась к ней и пристально посмотрела девушке в глаза. Она всегда так поступала, когда хотела сказать что-то значительное.

— Я не говорю, что ты должна уехать в Лондон навсегда. Тебе будут рады в Хокс-хилле. Но ты должна привыкнуть к своему новому положению, а для этого тебе потребуется время. У тебя нет причин печально смотреть на происходящее, моя дорогая. Когда закрывается одна дверь, открывается другая. Мы, монахини, всегда помним об этом. В твоей жизни начинается новый этап.

— Сестра Эльвира права, — согласно кивнула мать Лукаса. — Учитывая сложившиеся обстоятельства, бракосочетание в Лондоне нам как раз и нужно. Мы откроем парадные залы Дандас-хауса для наших гостей. Но прежде надо позаботиться о нарядах для новобрачной — а это требует времени. Как только Джессика поправится настолько, чтобы без вреда для здоровья перенести дорогу, она приедет к нам в Лондон и будет жить с нами.

— Но, тетя Розмари! — Голос Элли прозвучал капризным криком ребенка, о котором все забыли.

— Да, дорогая? — откликнулась мать Лукаса.

— Ни… ни… чего, — Элли опустила голову.

Джессика смотрела только на Лукаса, вложив в этот взгляд всю свою душу. Она обращалась к нему за помощью, она молила его не оставлять ее одну. Этот взгляд был красноречивее любых слов, и только он мог понять его. Вслух же она трепетно произнесла лишь его имя:

— Лукас?

Лукас долго и пристально смотрел на нее, затем повернулся к присутствующим и попросил:

— Я бы хотел поговорить с Джессикой наедине… Когда дверь в комнату закрылась, он поднял руку Джессики к губам и поцеловал кончики пальцев.

— Джесс, все будет хорошо, поверь мне. И не бойся, я вовсе не зверь. Ну да, согласен, я едва сдержался, когда увидел тебя с Перри, но это еще ничего не значит. Когда мы поженимся, я буду относиться к тебе с величайшим почтением. Ты целых три года провела в монастыре, и я об этом не забуду. Я стану твоим мужем на твоих условиях. Я исполню свои супружеские обязанности, только когда ты этого захочешь. Теперь ты довольна? Тебе лучше?

Ну вот и все. Какая глупость эти красноречивые взгляды, которые якобы только он может понять! Откуда берутся бесчувственные мужчины? Боже мой, а ей так хотелось услышать совсем другое! Она быстро убрала свою руку.

— Ты вовсе не хочешь на мне жениться, — сердито заметила она. — Так почему ты стремишься к этому?

— Не хочу жениться?! — искренне изумился Лукас. — Откуда ты взяла?! Конечно, хочу!

— Но почему? — Она выжидательно смотрела ему в глаза.

— Потому, — уверенно заявил он, — что ни одной женщины я не желал так сильно, как тебя.

Сказав это, он целомудренно поцеловал ее в лоб направился к двери.

Бал арендаторов был в полном разгаре, когда Лукас решил укрыться в бильярдной. Он только что заглянул к Джессике и убедился, что она крепко спит. Ему очень хотелось остаться с ней, но рассудок победил, и лорд Дандас решил, что лучше этого не делать. Сегодня, в отличие от той злополучной ночи, он был свеж и полон сил и не мог бы поручиться за последствия, если бы Джессика уговорила его лечь рядом.