– Боже, вы невыносимы! И невероятно самоуверенны! – Тайлер услышал, что от ярости ее голос дрожит. – Желаю получить удовольствие от этого вечера, поскольку он будет единственным, который вы проводите в моей компании.

Тайлер улыбнулся и снова перешел на притворно-учтивое «вы».

– Когда узнаете меня получше, мисс Маккорд, вы поймете, что бросать мне вызов – очень опасная вещь.

– А когда узнаете получше меня, вы поймете, что это был не вызов, а обещание.

– Называйте это как хотите, но я воспринял это как вызов.

Тайлер бросил взгляд в зеркало заднего обзора, включил сигнал поворота и свернул на узкую неосвещенную дорогу.

– Это глупый разговор, – холодно сказала Кэтлин, хотя внутри нее боролись самые противоречивые чувства. Темная бесконечная дорога. Луна скрыта ветвями густых деревьев. Куда он везет ее? Кэтлин знала каждый дюйм штата Техас, и нигде поблизости не было никакого ресторана. Вдалеке появились огни. Кэтлин напряглась, всматриваясь в очертания здания. – Это какой-то новый ресторан? Я знаю в Техасе все рестораны и места, где готовят барбекю, – обеспокоенно проговорила она. – Но никогда не слышала об этом месте. – Теперь Кэтлин уже отчетливо видела в свете фар длинное приземистое строение. Если это ресторан, то рекламе здесь определенно не уделяют должного внимания – ни вывески, ни парковки, ни других машин… Она резко повернулась к Тайлеру. – Все, хватит! – Ее глаза предостерегающе сузились. – Отвезите меня домой.

– Обязательно.

Тайлер затормозил у входа и выключил двигатель. Ночную тишину нарушали только стрекот цикад и отдаленное тявканье койотов.

– Кинкейд, я хочу домой. – Кэтлин старалась не выдать своего испуга. Ведь, в конце концов, Тайлер Кинкейд хоть и загадочный мужчина, но не разбойник же.

– А мы дома. – Тайлер вышел из автомобиля, обошел его и открыл дверцу со стороны Кэтлин. – Ну, если быть точнее, мы у меня дома. – Кэтлин, уже ступившая на землю, быстро отпрянула вглубь машины, но Тайлер успел схватить ее за руку. – Кейт, – мягко сказал он, – я здесь живу.

– Здесь? – Их взгляды встретились. – Но когда я спросила, Джонас сказал… – Она прикусила язык, но было уже поздно.

– Ты спрашивала своего отчима обо мне?

– Нет. Конечно же, нет. Ну ладно, да. Да! Вы явно разругались, и я… – Господи! Чем больше она говорила, тем хуже это звучало. Сделав глубокий вдох, она вышла из машины. – Ладно, признаю, я проявила любопытство.

– А сейчас вам не хочется полюбопытствовать? – Тайлер кивнул в сторону огромного дома. – Мне, например, любопытно. Я увидел этот дом впервые только этим утром.

– Что?

– Я попросил риелтора показать мне несколько ранчо. Она протащила меня по дюжине поместий, но, увидев это место, я понял, что это мое. – Тайлер усмехнулся. – Кроме того, дом имеет еще одно преимущество: он меблирован. Я внес задаток, но решил узнать ваше мнение прежде, чем подпишу завтра бумаги.

– Мое? – Кэтлин поперхнулась. – Вы за этим привезли меня сюда? Узнать, что я думаю о доме, который вы покупаете?

– Именно так. Что я, бедный деревенский парень из Джорджии, могу знать о техасском ранчо?

Кэтлин пристально посмотрела на Тайлера. Он такой же «бедный деревенский парень», как она – английская королева.

– Кейт, сделайте одолжение – взгляните на дом.

Кэтлин не сомневалась, что не в характере Тайлера просить кого-либо об одолжении. Что-то здесь было не так… но любопытство победило.

– Это ранчо Уилсонов, да?

Тайлер кивнул.

– Вы их знаете?

– Не очень хорошо. Я была здесь один раз с Джонасом, когда Чарли Уилсон собирал деньги для своей предвыборной кампании в сенат. Честно говоря, не представляю, что я могу сказать вам такого, чего не сказал бы риелтор.

Они подошли к парадному входу. Тайлер открыл дверь и включил свет.

– Ну, для начала скажите, есть ли закон, по которому эти штуки обязательно должны висеть на окнах.

Кэтлин посмотрела на темно-красные портьеры с золотистой бахромой и фестонами и рассмеялась. Оглядевшись по сторонам, она увидела огромное число купидонов, пастушек и голеньких херувимов всех сортов.

– Я слышала, что вторая жена Чарли все здесь переделала по своему вкусу, – серьезно начала Кэтлин, но снова рассмеялась. – Черт возьми, это ужасно!

Тайлер издал вздох облегчения.

– Вы не представляете, как я рад это слышать. Риелтор… леди по имени Прю Барнс… Вы знаете ее?

– Да. Эта женщина… очень своеобразна. Все считают ее высокомерной и спорят, что случится в тот миг, когда она впервые улыбнется.

– К сожалению, я тоже не удостоился ее улыбки. – Тайлер подошел к окну и дернул портьеру вниз. – Я сказал ей, что этот дом выглядит как перворазрядный бордель, и мне показалось, что она была готова хлопнуться в обморок.