– Ну, вот ты и решил жениться, – продолжал дядя. – Они счастливы, Юффи, значит, так тому и быть. Она отличная девушка, а он просто баловень судьбы, что встретил ее.

Юффи, молча смотревшая на мужа, вздохнула и кивнула головой.

– Мы останемся всего дня на два, а потом на некоторое время вернемся в дом Кейт. Но мы погостим подольше в следующий раз, – поспешно сказал Алек, заметив, что Юффи пытается возразить. – У меня есть важные дела в горах, – добавил он громким шепотом.

– А-а, что-то связанное с мистером Кепиком? Хорошо! – Юффи сама придумала это имя для Макдональда из Кеппока, но, по мнению Алека, всем сразу становилось понятно, о ком идет речь. Юффи посмотрела на Кейт. – Значит, вы из Хайленда? Да? А вам не знакомо место под названием Лестница Якова или Камень Якова? Они находятся на севере. – Тетя говорила громким шепотом.

На лице Кейт появилось смущение.

– Наверное, это далеко от моего дома…

– Это пароли якобитов, – объяснил Алек сбитой с толку Кейт. – Тетя Юффи, все в порядке. Она разделяет наши симпатии.

– А! Очень хорошо. И где же вы познакомились?

– В Лондоне несколько месяцев назад, – ответил Алек.

– А вы не были в «Шоколадном доме» Уайта в подвале Сент-Джеймсского дворца? – спросила Юффи, скрестив руки на груди. – У него отличная репутация.

– Да, это место сбора якобитов и разного рода бунтарей, будь то политики или поэты, – заметил Алек. – Мы с Джеком посетили это заведение, чтобы сравнить его с нашим в Эдинбурге. Мы не встретили там завсегдатаев, но я попробовал горячий шоколадный напиток в испанском стиле.

– Да, перец ни с чем не спутаешь! – На лице Уолтера возникло выражение довольства. – Вот это истинный вкус.

– Никто не делает его так, как ты, дядя, тактично произнес Алек. – мне очень понравился напиток, который приготовила для меня подруга Кейт миссис Мюррей. Она добавляет в горячий шоколад густые взбитые сливки и сахар.

– Ну, это напиток для детей, – протянул Уолтер. – Перец – вот это вещь!

Взглянув на Кейт, Алек постарался скрыть улыбку. Та лишь отчаянно моргала, стараясь не потерять нить рассуждений эксцентричных родственников Алека.

– А мне нравится, как делают в Риме, если вы понимаете, о чем я, – громко прошипела Юффи на ухо Кейт, которая невольно отшатнулась назад, пораженная.

– Охлажденный с молоком, мадам? – спросил Уолтер жену, намеренно делая вид, что не понимает, о чем речь. – Но вы привыкли к горячему и пряному…

– Да тише ты! – отмахнулась Юффи. – Я хотела сказать, что мне нравится двор Якова Стюарта в Риме, – сделав ударение на последнем слове, продолжала Юффи. – А вам, мисс Кейт?

– Мне тоже. Там очень мило, хотя и скучно. Я несколько лет жила в Риме с родителями. Там очень много молятся и читают, а интриг – что гораздо более интересно – почти нет. – Кейт слегка наморщила носик, и Уолтер искренне рассмеялся.

– Вы были при дворе изгнанного короля? – изумленно спросила Юффи.

– Моего отца сослали во Францию, и мы уехали вместе с ним. Он последовал за королем в Рим, и мы жили там некоторое время, как и во Фландрии.

– Отца Кейт отправили в ссылку за то, что он принимал участие в восстании, – пояснил Алек.

Юффи восторженно всплеснула руками и наклонилась, чтобы сжать Кейт в объятиях. Тетя Алека была высокой женщиной и почти вдвое превосходила Кейт по весу. Обладающая пышной грудью и сильными руками, она едва не задушила Кейт. Девушка, смеясь, вынырнула из объятий будущей родственницы, посмотрела на Алека и поправила съехавший набок кружевной чепец.

– Она мне нравится! – провозгласила Юффи. – Ты должен на ней жениться! – С этими словами она направилась к двери. – А теперь вам двоим не мешает отдохнуть перед ленчем. Слишком уж бурное выдалось утро! – Кивнув собравшимся, Юффи вышла из комнаты.

– Она пьет слишком много вишневой наливки перед ленчем, – посетовал Уолтер, когда его жена намеренно громко захлопнула дверь. – После того как отдохнете и переоденетесь, спускайтесь вниз, я покажу вам магазин, – обратился он к Кейт.

Осторожно отворив дверь, отделяющую его спальню от спальни Кейт, Алек беззвучно вошел в комнату, ожидая увидеть Кейт спящей. Но стоявшая возле окна в ореоле солнечного света, просачивающегося сквозь шторы, девушка повернулась, словно ждала его.