Они ехали весь предыдущий день верхом на пони и остановились только на постоялом дворе Макленнанов, где повстречали Джека. Поев и немного отдохнув, они сели в почтовую карету и еще до рассвета отправились в путь. Кейт и Алек ехали в карете, управляемой Джеком, а Роб и Коннор скакали позади. Друзья договорились въехать в город по отдельности и остановиться на постоялом дворе возле Канонгейт, Облюбованном якобитами. Иначе приезд в Хоупфил-Хаус многочисленных гостей непременно вызвал бы подозрения.

Подавив зевок, Кейт смотрела на переливающееся над замком предрассветное небо. Она сидела рядом с Алеком, задумчиво уставившимся в окно, и размышляла над тем, что ее ждет в этом городе. Пока ее отца не выслали из страны, Кейт часто бывала в Эдинбурге. Она ходила в магазины, театры, на концерты. Но тогда она была моложе, да и сама жизнь ее семьи была совсем другой. С тех пор она приезжала сюда лишь за необходимыми покупками или вместе с родными для выполнения секретных заданий.

Внезапно ее сердце упало, и она поняла, что Алек скорее всего прав. Ей не стоило настаивать на этой поездке, а лучше остаться в Данкриффе, где она была в полной безопасности. Кейт не умела предсказывать будущее и не знала, предстанет ли она перед судом и попадет в тюрьму или просто побудет с семьей Алека, как он и планировал, и покинет город, когда Иен, Эндрю и Дональд будут освобождены.

Кейт знала, что все они рисковали. Алек, ее брат, Коннор Макферсон готовы были расстаться с жизнью в довольно опасной игре, целью которой было освобождение арестованных товарищей. Совесть не позволила Кейт сидеть дома сложа руки и ждать известий.

Алек накрыл ладонью руку девушки, лежащую на сиденье.

– Совсем недавно ты была уверена, что я привезу тебя сюда закованной в кандалы, – сказал он, словно прочитав ее мысли. – Но я не собирался везти тебя в суд. Ты должна знать это.

Кейт взглянула на Алека, недоверчиво сдвинув брови.

– А что же ты был намерен сделать?

– Я хотел отпустить тебя, Кэти, – тихо произнес мужчина. – Я бы освободил тебя сразу после того, как ты ответила на мой вопросы, как только я узнал бы, где спрятано оружие. Да, я действительно собирался привезти тебя в дом, где живут мои дядя с тетей. Но я совсем не желал, чтобы ты предстала перед судом.

– Но ведь ты получил приказ! – возразила девушка.

– Да. – Алек пожал плечами. – Но если бы только ты сказала мне то, что я хотел знать, – свое имя, имена твоих товарищей, то, что передал тебе Иен Камерон, – я бы догадался об остальном. Если бы я смог поговорить с твоими родными и узнать от них, как разыскать тайник с оружием… я отпустил бы тебя.

Кейт слушала, не веря собственным ушам.

– Значит, все это время ты обманывал меня, заставив поверить в то, что я предстану перед судом, а потом попаду в тюрьму?

– Но ведь ты действительно должна была предстать перед судом, который, возможно, приговорил бы тебя к тюремному заключению. Однако я знал, что у тебя есть выход, если только ты ответишь на интересующие меня вопросы. Я не говорил тебе всего этого, потому что ты не захотела пойти мне навстречу.

Кейт еле заметно улыбнулась.

– Я рада, что ты приехал за мной. Если бы этого не произошло, Алек, мы могли бы никогда не узнать о… собственных чувствах друг к другу.

Алек крепко сжал ее пальцы.

– Ты умная девушка, Кэти-Кэтрин. Все в нашей жизни происходит не случайно.

– Даже когда нам что-то кажется ошибочным, позже может получиться как раз наоборот.

Алек наклонился, их пальцы сплелись, а плечи соприкоснулись. И он поцеловал ее, подняв раненую руку так, чтобы взять в ладонь щеку девушки. Его губы ласково коснулись ее губ. Простой поцелуй, но от его нежности на глаза Кейт навернулись слезы.

– Что ты скажешь своей семье?

Поднеся руку девушки к губам, Алек поцеловал ее.

– Скажу, что ты моя жена. Ведь это правда. Вернее, скоро ею станешь.

– Это действительно правда. По нашей традиции, если молодые люди договорились пожениться – и при этом не важно, говорили они об этом наедине или при свидетелях, – а потом отдались любви плотской, брак считается законным. А ведь у нас все так и случилось, разве нет?

– Сначала нужно дать брачные обещания, а потом скрепить их брачной ночью, – кивнул Алек. – Свидетели при нашем разговоре о свадьбе присутствовали, так что этот пункт вполне законен. Только мы слегка изменили последовательность событий. – Алек озорно улыбнулся.