Рэн решила подобраться ближе и повнимательней разглядеть будущую мачеху и новых родственников. Если она не ошиблась, у леди Арин должен быть сын или дочь.

Сквозь звуки музыки девушка прислушалась к разговору.

— Ниссэйми очень идет новое платье. — Жизнерадостно сказала Тиффи, тем самым сразу отбив к себе миролюбивый настрой Рэн. Её родители крайне редко называли своих чад полными именами. — Ты уже думал о достойной для неё партии? Хотя, ты прав. Для начала нужно пристроить Мэллиандру. Двадцать третий год девице идёт, а она вместо замужества либо в библиотеке пропадает, либо с какими-то подозрительными личностями общается…

К сожалению, из-за маски девушка не могла рассмотреть лицо женщины. А хотелось. Рэн нужно было знать, к чему следует быть готовой. Тиффи Арин желает видеть на свадьбе Дайян. Зачем? Может отец ещё и заставит называть эту женщину мамой?

— Ты, как всегда, права дорогая, — ответил голос отца, отозвавшийся в самом сердце Рэн, и ей послышалась какая-то грусть в его ответе. Рэн могла поклясться, что отец за то время, что она его не видела, постарел лет на пятнадцать.

— Но Ниссэйми следует принимать те настойки, что прописывал ей лекарь. Посмотри, какая бледная.

"Натуральная блондинка или нет?" — Тем временем рассуждала Рэн, разглядывая Тиффи Арин. — "И почему папа решил выбрать именно блондинку?" — Тот факт, что значительная часть женщин из высшего общества и не только, были натуральными блондинками, а оставшаяся часть имела светлые волосы, Рэн как-то упускала из виду.

— Милая. Я могу ошибаться, но разве это не твой племянник? Интересную компанию он себе подыскал, ты не находишь?…

Рэн обернулась в ту сторону, куда указал отец.

Маг и эльфийка!

Хуже родни она представить себе не могла. Разве что Айлан. Нет, это было бы слишком жестоко.

— Да! — Воскликнула Тиффи, слегка прикрывая лицо пёстрым веером из перьев. — Это Дэшэролл. Какая неожиданность. Раньше он не имел привычек посещать балы… И что это за эфирное создание рядом с ним?

Рэн предпочла отойти от отца и будущей мачехи подальше. Маг и эльфийка стали приближаться в их сторону.

Теперь девушка выискивала старых друзей.

…Тьма приоткрыла глаза, почувствовав новое ощущение, доселе неведомое ей…

Она проснулась, хотя разбудил Её не Зов…

Сквозь Грань Тьма увидела то, что Её потревожило…

Память…

Ей знакомы эти существа…

Пятеро из них знакомы…

Они находились там, когда Она впервые ощутила Его присутствие…

Впервые за три сотни лет…

…Рэн встретилась взглядом с Крэшэлвейнсом. Воспоминания о том злополучном дне тут же ворвались в её голову. Три года назад…

— …Мэл, что это? — Указывает Дайян на стопку фолиантов.

— Лично мне это напоминает старые, потрепанные книжки. — Беззлобно отвечает сестра, взяв в руки одну из книжек.

— Я имею ввиду другое. Это вещи из маминой комнаты. Отец рассердится, узнав, что ты входила туда. Он запретил.

— Дайян. — Девушка внимательно смотрит в глаза сестре. — Папа превратил Её опочивальню в священное место. Он боится входить туда и, дабы оставаться в собственных глазах сильным мужчиной, запрещает входить в комнату остальным. Разве папа сможет себе простить, что какая-то служанка или собственная дочь оказались храбрее его?

— Мэл, не начинай.

— А ты не закрывай на это глаза. Ты привыкла всё идеализировать, возвела отца в ранг истины в последней инстанции.

— Всё равно не понимаю, о чём ты, — беззаботно отмахивается она, осторожно беря в руки одну из книг.

— Аккуратней! Я о том Дайян, что ты многого не знаешь о нашей семье. Вернее сказать, отказываешься понимать. Ты видишь, эти книги я взяла из маминой комнаты — между прочим, там жутко пыльно — они по магии. Запретной магии.

— И что? — Девушка и правда обратила на это внимание.

— Наша мать — Тина Валт, была волшебницей.

Дайян это заявление не удивило. Она догадывалась об этом факте, но с завидной упорностью его игнорировала.

— Мама училась в МУВе? А отец знает, что она проходила обучение в Сельвестре? — Дайян снова предпочла прикинуться дурочкой. Слишком сложно воспринимать всё всерьёз. Ведь это разрушило бы иллюзию идеального мира, в котором она последнее время жила.

Мэллиандра понимает, что толку от сестры никакого, и прекращает вести странный разговор. Дайян слишком молода, хоть и отрицает это.