Вне всяких сомнений, он принадлежал майору Кирикову. Точнее – генерал-майору Кирикову, я никак не могла привыкнуть к его новому званию. Как велик был соблазн сказать Пограничнику пару ласковых, тем не менее я не удостоила Кирикова ни единым словом. Тут же выключила мобильник и перевела его в режим «занято». Пусть господин генерал думает, что незадачливый подчиненный случайно нажал кнопку соединения...

– Не сильно ты его? – кивнула я на по-прежнему не подающего признаков жизни Пирогова.

– Сейчас придет в себя, – пожал плечами подполковник.

Делать поспешные выводы мне не хотелось. Сейчас Антон придет в себя и сам все расскажет. А мне вспомнился анекдот про такого вот начальственного сынка, который рассказывала дама-инструктор Наталия. Такой вот анекдот. Учительница пришла первый раз на урок. Вызывает одного из учеников к доске. Тот посылает ее по всем известному адресу на три буквы. Учительница в слезах идет к директору. Тот требует прислать ученика к себе.

– Да ну его! – отвечает ученик на требование идти к директору. – У него ноги плохо пахнут.

Тогда физкультурник насильно доставляет ученика в кабинет. Директор спрашивает:

– Ты почему так себя ведешь? Кто тебя так воспитал? Кто твои родители?

– Мама у меня нигде не работает, а папа – вице-губернатор генерал Вышестоящев.

– Анна Петровна, – поворачивается директор к учительнице, – ситуация резко изменилась. Мне придется вымыть ноги, а вы пойдете на х...

Анекдот, что называется, с бородой, еще советских годов. В советское время анекдотный «папа» был, видимо, секретарем райкома... Ну а во всякие академии такие, как Антон Пирогов, поступают следующим образом:

– Здравствуйте! Билет номер восемнадцать, Пушкин, «Евгений Онегин».

– Замечательно, молодой человек. Слушаем вас!

– Мой дядя – генерал-полковник Вышестоящев!

– Прекрасный ответ, юноша! Вы приняты!

– Я знаю!

Сергей подал мне молчаливый знак, первым заметив, что у Пирогова задергались веки и правая рука. Я тут же слегка, но при этом болезненно ткнула старшего лейтенанта под коленную чашечку, и лишь тогда он окончательно пришел в себя.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я.

– А в-вы? – с изумлением переспросил Пирогов.

Вместо ответа я уткнула в переносицу, лишенную очков, ствол пироговского же табельного оружия. И мысленно отметила, что изумление Антона достаточно искреннее. И еще сейчас он явно вспомнил пустырь и участь банды отморозков-насильников.

– Здоровье поправляю, – ответила я. – Ну, так что тебе здесь надо?

– П-приказ, – только и пробормотал Антон, не без дрожи в голосе.

– Чей?

– Н-нашего н-нового на-чальника, генерала Кирикова...

Нашего начальника, очень мило!

– Почему вы со мной т-так? – спросил Пирогов.

Да, да – старший лейтенант искренне ошарашен. Во-первых, тем, что встретил здесь меня, во-вторых, тем, что я тыкаю в его пухлощекую физиономию пистолетом. Мы ведь в некоторой степени «сослуживцы».

– Ну-ка быстро и по порядку! – командую я.

– Генерал Кириков дал приказ выехать сюда... А потом ждать распоряжений! Не верите, позвоните ему! – кивнул на мобильник Пирогов.

– Уже звонили, – ответила чистую правду я.

– Тогда в чем вопрос? – старший лейтенант заметно успокоился.

Я переглянулась с Сергеем. Говорить вслух то, что я подумала, при Пирогове не хотелось. Теперь я точно знала, что Крот – майор (опять забылась!), генерал-майор Кириков. Граф, как всегда, убивает одним выстрелом несколько зайцев. Похоже, он ни на грамм не поверил, что я и в самом деле вычислила Крота. Однако ему надо было убедиться в этом окончательно. Как только мы выехали в «рейд по охотхозяйству», Граф связался с Кротом (Кириковым) и предложил тому акцию собственного прикрытия. Тот отсылает молодого оперативника в гостиницу, не давая никакого конкретного задания. Здесь он наталкивается на нас с Хмурым, а мы, поскольку отменить акцию уже никак нельзя, скорее всего ликвидируем его вместе с Гамалем. Вот так, без тени сомнений, подставили генеральского отпрыска по полной программе. Кириков, тот вообще генералов сильно не любил, хоть и сам в них выбился...

Ну в самом деле, есть у нас время на выяснения?! Нет человека, нет проблемы. Вот так рассчитал все Граф. А Крот поддержал его в этом.

– Вот что, Антон! – произнесла я. – Оружие и мобильник мы у тебя забираем!

Для Кирикова Пирогов уже труп. Детали он станет выяснять не раньше, чем узнает об уничтожении Гамаля.

– Сейчас, точнее, минут через пять-десять, здесь кругом начнется стрельба, – продолжала я. – Будем надеяться, что ненадолго. Из номера никуда не выходи и никому не звони до завтрашнего утра. Это приказ, ясно?!