– Похоже, мы при деньгах.

Гиддингс поднял брови, Селлерс кивнул и повернулся к Сильвии:

– Вы знаете этого Мортимера Джеспера?

– Я сказала вам: я встречала его.

– Бывали где-нибудь с ним?

– Я с ним обедала.

– Что-нибудь еще?

– Это все.

– Было что-нибудь этакое?

– Он слишком стар, годится мне в отцы.

– Такие бывают еще в силе, – сказал Селлерс. – Возможно, он настолько стар, что может быть вашим дедушкой, но он еще в силе. Такие бывают укрывателями краденого, и они не упустят случая…

– Мортимер Джеспер этого не любит.

– Не опекал ли он вас затем, чтобы кого-нибудь вами угостить?

– Я уже сказала. Конечно, нет. Он джентльмен.

– Ладно, в таком случае, – промолвил с улыбкой Селлерс, – что ему было нужно? Чего он хотел? Почему водил вас в ресторан?

– Он… Я нравилась ему. Я так думаю. Это чисто отеческий интерес.

– Значит, он приглашал вас только потому, что вы ему нравились?

– Я полагаю, что поэтому.

– И больше ничего?

– Ничего.

– Не валяйте дурака, – сказал Селлерс.

Сильвия ничего не ответила.

– Что вы знаете о Мортимере Джеспере? – спросил Гиддингс.

– Очень мало.

– Как познакомились с ним?

– Я забыла. Думаю, что была представлена ему на какой-то вечеринке – возможно, у мистера Крокетта.

– Вы посещали крокеттовские кутежи?

– Иногда.

– Каким образом попадали на них?

– Меня приглашали.

– Кто?

– Мистер Крокетт или миссис Крокетт.

– Иногда вас приглашал Крокетт?

– Да.

– Тоже отеческий интерес?

– Он… он считал, что я могу оживить вечеринку.

– И вы оживляли его вечеринки?

– Пыталась.

– И там вы встретили Джеспера?

– Может быть. Не знаю. Не могу вспомнить.

– Вы не можете вспомнить, когда впервые встретили этого молодца?

– Нет.

– Как давно это было?

– И этого не могу сказать.

– Сколько раз он приглашал вас пообедать?

– Не могу вспомнить. Несколько раз.

– Ладно-ладно, – сказал Селлерс. – Не знаю, как вы оживляли крокеттовские тусовки, а наш разговор оживленным пока не назовешь. Теперь скажите, чем занимается Мортимер Джеспер? Каков его образ жизни?

– Он очень замкнутый.

– Каков круг его интересов? Увлечений? Как ему удается держать себя в форме?

– Я не знаю.

– О чем вы с ним говорили?

– Не могу сказать. О разных разностях.

– Секс?

– Я сказала вам, что нет.

– Как делать деньги?

– Я думаю, он знает об этом лучше меня.

– Искусство?

– Да, он интересуется искусством.

– Ювелирными изделиями?

– Драгоценными камнями. Ювелирными изделиями – не очень.

– Какое искусство его особенно интересует?

– Искусство вообще. Он поклонник красоты.

– В том числе и вашей? – спросил Селлерс.

– Он так не говорил.

– Но ему нравилось смотреть на вас?

– Откуда я знаю, на что он смотрел?

– Подумать только! – с иронией воскликнул Селлерс. – Вы знаете, мы можем причинить вам большие неприятности, мисс Хэдли. Для вас же будет лучше, если вы начнете немного более активно сотрудничать с нами.

– О чем вы говорите?

– О мистере Джеспере. Вы когда-нибудь давали ему деньги? – спросил Селлерс.

– Конечно, нет. С чего бы я стала давать ему деньги?

– Хорошо, – сказал Селлерс. – А он когда-нибудь давал вам деньги?

Она заколебалась.

– Вспомните, – сказал Селлерс, – мы ведь можем сами узнать об этом. Сделаем официальный запрос о его банковском счете и…

– Он дал мне чек на тысячу долларов.

– Никогда бы не поверил! – воскликнул Селлерс, потирая руки. – Удивительно! Похоже, лед тронулся.

– Ничего подобного! – вспыхнула она. – Это был просто… заем!

– Для чего?

– Я хотела кое-что купить. Несколько платьев. Заплатить за автомобиль.

– Кто бы мог подумать!

– Затвердили одно и то же, как попугай! – вскипела она. – Не знаете больше никаких слов, что ли? Вы действуете мне на нервы.

Селлерс улыбнулся:

– Слушайте, Сильвия. Не стоит нервничать. Не надо. Вы ведь не хотите лишиться моего дружеского расположения, не так ли?

– Вы можете засунуть свое дружеское расположение себе в…

– Тсс, – прервал Селлерс. – Оно вам понадобится, Сильвия.