Селлерс повернулся к Гиддингсу:

– Ты встретишь патрульную полицейскую машину. Скажи им, чтобы не спускали глаз с этого господина. Если понадобится, пусть наденут на него наручники. И арестуют. Дабы все краденое оставалось нетронутым. Но я предпочитаю подождать, пока мы не получим положительные результаты опознания. Тем не менее скажи полисменам, чтоб не спускали с него глаз.

Лицо Джеспера стало болезненно-зеленым.

– Крокетт убит, – простонал он. – Боже мой!

Селлерс повернулся к Сильвии:

– Поедешь со мной, сестренка, – и указал пальцем на меня: – Ты тоже, Лэм. Пошевеливайся. Патрульная машина приедет к Тэду через две минуты.

Как только прибыла радиофицированная патрульная машина и сидевшим в ней полисменам поручили следить за Джеспером, я сказал Селлерсу, понизив голос:

– Я полагаю, вы захотели взять меня с собой, чтобы помочь вам допрашивать Сильвию Хэдли?

– Помочь в чем?

– Допрашивать Сильвию Хэдли, – прошептал я.

Он повернул голову назад и рассмеялся:

– Слушай, Поллитровочка, не переоценивай себя. Твой компаньон Берта Кул уверяет, что ты мозговитый маленький шельмец. Но это еще под большим вопросом, так что не позволяй подобной рекламе забивать тебе голову.

– Я вам больше не нужен?

– Я ничего от тебя не хочу. Свободен. Хочешь, я скажу, что тебе надо делать?

– Да? – спросил я.

– Я точно скажу тебе, что делать, – подтвердил он. – Не знаешь, где тут ночная аптека?

– Конечно, знаю. Но вообще-то аптеки еще открыты.

– Прекрасно, – сказал он. – Ступай в аптеку и купи квасцов в порошке на двадцать пять центов.

– Квасцов в порошке на двадцать пять центов? Это очень много, – удивился я. – Что с ними делать?

– Отправляйся домой, наполни водой тазик и распусти в нем все квасцы.

– Ну а потом?

– Потом, – пояснил он, – мочи в них свою физиономию, пока она не примет нормальный вид.

С этими словами Фрэнк Селлерс отошел к Сильвии и Гиддингсу. Он любил пошутить, когда был в хорошем настроении.

– Ну, сестренка, – сказал он Сильвии, – а у нас своя дорога.

Они залезли в патрульную машину. Гиддингс сел за баранку, Селлерс хлопнул дверцей.

– Исчезни, Поллитровочка, – пожелал он.

За три квартала я увидел бензоколонку. Дошел до нее, хотя передвигаться было все еще довольно мучительно. Служащий бензоколонки, взглянув на агентскую кредитную карточку, рискнул выдать мне несколько десятицентовых монет. Я позвонил Берте.

– Где ты, черт побери, находишься? – требовательно спросила она.

– На бензоколонке, в пятьдесят восьмом квартале, на Карлтон-драйв.

– Что ты, черт побери, там делаешь?

– У меня неприятности.

– У тебя всегда неприятности. Что случилось на этот раз?

– Двое бандитов угнали агентский автомобиль.

– Что?! Украли агентскую машину?!

– Ну да.

– Кому понадобился такой автомобиль?

– Им был нужен не автомобиль, – пояснил я. – Им нужно было оставить меня без колес. Мне нужен транспорт. Я избит и довольно слаб.

– Опять?

– Опять.

– Где, ты сказал, находишься?

– На Карлтон-драйв.

– Ладно, – сказала Берта, – выезжаю.

– Я здорово окровавлен, – добавил я. – У меня в кабинете есть упакованный чемодан. Если привезешь его, я смогу переодеться в чистую рубашку.

– Хорошо, – проговорила Берта. – Сделаю. Боже мой, если теория перевоплощения верна, ты в прошлой жизни, конечно же, был футбольным мячом.

– Или боксерской «грушей» для отработки кулачных ударов, – сказал я и повесил трубку.

После этого я позвонил Филлис Крокетт:

– Полисмены собираются попросить вас опознать нефритового Будду. Опознайте, но не говорите ничего сверх необходимого. Скажите им, что ждете меня, что я позвонил и еду. Когда они уйдут, не выходите из дому – так нужно. Ждите меня. Приеду, как бы поздно ни было.

Я не хотел дать ей возможность задавать вопросы или спорить, а потому повесил трубку.

Берта прибыла через полчаса и сразу заголосила:

– Боже мой! Ну и видок у тебя!