– Он умен, – убежденно промолвил Селлерс. Помолчав немного, добавил: – Но хитер. Ужасно хитер.

– Действуя вместе со мной, вы никогда не проигрывали, – напомнил я Селлерсу.

– Да, никогда, – подтвердил он, задумчиво пуская дым из своей сигары. – Я не могу сказать, что проигрывал. Но я не собираюсь сидеть позади тебя и ждать, чтобы ты сдавал карты так, как ты хочешь. После того как ты их перетасуешь, я заберу колоду и буду сдавать по-своему.

– Хорошо, – согласился я. – Я еще тасую. Когда буду готов сдавать, вы получите карты.

Гиддингс покачал головой:

– Нет, так не пойдет, Дональд. Может быть, Селлерс доверяет тебе, но я – нет. Я скептик, вот такой уж я сукин сын. Не доверяю никому.

– Расскажи все с самого начала, – сказал Селлерс. – Не стоит водить за нос Тэда Гиддингса, Дональд. Тебе лучше начать выкладывать карты.

– В противном случае? – поинтересовался я.

Селлерс пощелкал языком. Так снисходительно мать упрекает несмышленыша.

– Начни с самого начала, – посоветовал Гиддингс.

И я начал:

– Пока у меня ничего нет, кроме подозрений. Я ненавижу…

– Для начала нам достаточно, – прервал Гиддингс.

– Но я ненавижу обвинять, основываясь только на подозрениях!

– Мы все время делаем это в разговорах между собой, – сказал Селлерс. – Только не говори ничего кому-нибудь другому, Дональд, особенно газетчикам.

– Ну, – начал я, – все началось с натурщицы, которая позировала нагишом…

– Ты говоришь о малышке Сильвии Хэдли, красотке, которая позировала миссис Крокетт в тот день, когда ее мужа прикончили, не так ли?

– О ней.

– О Дональде можно сказать одно, – вмешался лейтенант Селлерс. – Красотка, даже на фотографии, так сильно действует на него, что лучше убрать эту фотографию. Я полагаю, он вызывает материнские чувства. Выглядит таким беззащитным. Возникает желание сменить ему пеленки. Я не раз наблюдал это.

– Продолжай, – сказал Гиддингс. – Так что ты говорил о Сильвии Хэдли?

Я сказал:

– Она в некотором роде торговка краденым.

– Торговка краденым? Эта милашка?

Я кивнул.

– Он спятил, – сказал Гиддингс, повернувшись к Селлерсу.

Тот покачал головой:

– Пусть продолжает, Тэд. Пусть мелет вздор. У него своя точка зрения, и мы сможем принять ее во внимание, если разрешим ему говорить. Продолжай, Дональд. Ты думаешь, что она торгует краденым. На каком основании?

Я пояснил:

– Она связалась со стариком по имени Мортимер Джеспер, своего рода коллекционером. Как мужчина он ее интересовать не может, это слишком очевидно. Значит, он для нее что-то делает.

– Что? – поинтересовался Гиддингс.

– Я думаю, он снабжает ее… Это только предположение, но я думаю, он снабжает ее информацией о стоимости вещей. Сильвия крадет их, а затем продает ему.

Гиддингс посмотрел на Селлерса:

– Упаси господи, до какой глупости он может дойти?

– Перестань, Тэд, – одернул инспектора Селлерс; его глаза сверлили меня. – Продолжай. В чем суть, Дональд? У тебя, видимо, есть основания думать так. Какие?

– Об этом я и пытаюсь сообщить вам, – сказал я.

– Ладно, продолжай.

– Ну, я попытался проследить эту линию до конца, вот и все. Позвонил Джесперу и договорился о встрече, чтобы задать несколько вопросов. Никогда раньше не встречался с ним. Когда я остановил автомобиль и начал вылезать из него, откуда-то выскочили двое головорезов и заставили меня поехать на пустырь. Там они чертовски меня избили.

– Этому, – улыбнулся Гиддингс, – нам хотелось бы получить доказательства. Мало ли что ты нам тут наплетешь!

– Ты думаешь, что между Джеспером и этими двумя бандитами есть связь? – спросил Селлерс.

– Черт побери, нет, – ответил я. – Поймите правильно. Скорее всего, эта девчонка, Сильвия Хэдли, поручила двум громилам следовать за мной, чтобы проследить, куда я пойду. Они увидели, что я напал на след, и обработали меня. Чтобы на некоторое время устранить.

– Они что-нибудь взяли? – спросил Селлерс. – Что-нибудь говорящее о причинах нападения?

– Если бы при мне было что-нибудь подобное, – ответил я, – я бы лучше позаботился о своей грудной клетке. Не раскрылся бы. Черт побери, нет. У меня при себе были только подозрения.