– Верю, – печально прошептал Жибасье.

– Погодите, это еще не все. Спустя несколько дней вы сбежали с каторги и похитили девушку из Версальского пансиона по приказанию господина Лоредана де Вальженеза. Ваши сообщники отняли у вас вашу долю и бросили вас в колодец, откуда вам помог выбраться господин Жакаль. С того дня вы его преданнейший раб, однако ни вы, ни он не смогли мне помешать отнять Мину у господина де Вальженеза и спрятать ее в надежном месте. Как видите, господин шантажист, я могу бороться с вами и одерживать победы. Сегодня речь идет о деле гораздо более серьезном, чем похищение девушки. Этому делу я готов отдать, если понадобится, не только полмиллиона франков, которые по моему приказанию отобрали у вас этой ночью, но вдвое, втрое, вчетверо больше этой суммы. Горе тому, кто встанет у меня на пути: я раздавлю его, как червя. Кто со мной – выиграет, кто против меня – все потеряет. Теперь слушайте внимательно.

– Я вас слушаю.

– Когда истекает срок, предоставленный аббату Доминику для совершения паломничества в Рим?

– Сегодня.

– Когда должны казнить господина Сарранти?

– Завтра в четыре часа пополудни.

Сальватор побледнел и вздрогнул, услышав, как уверенно говорит об этом объявленный негодяй, с которым ему приходилось иметь дело. Однако он взял себя в руки, словно у него еще оставалась последняя надежда, и внезапно переменил тему:

– Вы знакомы с честнейшим господином Жераром из Ванвра? – спросил он у Жибасье.

– Он мой коллега и друг, – отвечал тот.

– Знаю… Он уже приглашал вас к себе в загородное имение?

– Никогда.

– Неблагодарный! Неужели в эти прекрасные дни ему ни разу не пришла в голову мысль пригласить друга на деревенский обед в Ванврский замок?

– Такая мысль ему не приходила.

– Словом, если бы представился случай наказать его за такую неблагодарность по отношению к вам, вы не упустили бы такой возможности?

– По правде говоря, нет: я очень чувствителен в подобного рода вопросах.

– Думаю, такая возможность представляется вам сегодня же.

– Неужели?

– Господина Жерара только что назначили мэром Ванвра.

– Везет же некоторым! – вздохнул Жибасье.

– Имейте терпение, и вам может повезти не меньше, – пообещал Сальватор. – Ведь вы только попытались убить человека, а господин Жерар убил! Вы уже побывали на каторге, теперь его очередь, если только он не отправится еще дальше.

После всего сказанного, если вы, жертва дружеских чувств, которые вы к нему питаете, хотите дать современным историкам один из величайших примеров дружбы, дошедших до нас с древних времен, и, как Нис, умереть вместе со своим Эвриалом – Нет!

– Я думаю, это разумно. Тогда необходимо в точности исполнить то, о чем я вам скажу.

– Чем я рискую?

– Ничем. Вы только поможете честному человеку сделать доброе дело. Я знаю, что этого недостаточно для такого пытливого человека, как вы. Но, помогая этому честному человеку, вы отработаете аванс в десять тысяч франков, который вы считали потерянным.

– А-а, вы имеете в виду десять тысяч, которые я одолжил своему крестнику?

– Совершенно верно.

– Вы угадали: я действительно считал эти деньги потерянными.

– А они не пропали! В доказательство – эти две тысячи франков, которые вы уже можете положить себе в карман.

Сальватор кивнул Жибасье на два банковских билета, продолжавших лежать на столе.

– А вот еще три тысячи, которые вы можете прибавить к первым двум, – закончил молодой человек.

– И за это я уже, верно, не должен вам расписки? – спросил Жибасье.

– Вы умный человек, – похвалил Сальватор.

– Это меня и губит! Слишком богатое у меня воображение, сударь! Впрочем, продолжайте: что я должен делать? Куда мне отправляться?

– В Ванвр.

– Это рядом.

– Раз уж вы были готовы поехать в Гейдельберг за четыре тысячи франков, надеюсь, вы не откажетесь прокатиться в Ванвр за десять.

– За пять.

– Остальные пять получите, когда вернетесь.

– Я готов поехать в Ванвр. Но что я должен там делать?

– Об этом я еще расскажу. В честь своего назначения господин Жерар дает сегодня ужин на двенадцать персон. Он вас не пригласил из опасения, что вы окажетесь тринадцатым и принесете ему несчастье.

– Я и впрямь заметил, что он очень суеверен, – поддакнул Жибасье.

– Мне кажется, это прекрасный случай навестить его и преподать ему урок вежливости, как вы полагаете?

– Никак! Я вообще вас не понимаю.

– Постараюсь выражаться яснее. Я вам говорил, что господин Жерар, ваш коллега, пригласил на сегодня одиннадцать человек и среди прочих – своего помощника, мирового судью, и трех-четырех муниципальных советников. Мне нужно – для чего, об этом я говорить не стану, – чтобы господин Жерар исчез во время сегодняшнего ужина на час-другой Дорогой господин Жибасье! Для осуществления этого плана я рассчитывал на вас.