Сашок окунулся в курортный вайб и вполне себе неплохо проводил время. Вот только внутри что-то грызло, мешало до конца расслабиться… Реванша хотелось дико.

И вот теперь, спустя неделю, Сашок сидел в ресторане, не один, кстати, а с новой своей знакомой, женой какого-то бизнесмена из столицы, женщиной, выдающихся во всех отношениях достоинств. Губы и грудь прямо очень выдавались, да…

Сашок, помня про здешние цены, небрежно шиковал, строя из себя старожила, но не позволяя, тем не менее, своей даме сильно расходиться. В конце концов, он ее еще не трахал даже, рановато бабло вкидывать.

Когда у барной стойки сверкнуло красное платье, он замер.

Почему-то он уверил себя, что вообще не ждет появления той брюнетки, даже думать про нее забыл… Но одно взгляда хватило, чтоб понять: не забыл.

Разом перестав слушать свою капризную спутницу, он развернулся всем телом к барной стойке и впился взглядом в незнакомку.

Она опять была в красном.

Правда, платье теперь смотрелось иначе, ярче как-то и открытей. Но, как и прежнее, шло ей безумно. И волосы, рассыпанные волной по спине, взлохмаченные небрежным движением тонких пальцев, и аккуратные коленки, сверкнувшие в вырезе, когда она поменяла позу, сев удобней…

— Александр… — манерно напомнила о себе его спутница, но Сашок не среагировал.

Что такого было в этой брюнетке, что у него мозги отрубались?

Девушка в красном, сделав жест бармену, чтоб повторил ей коктейль, улыбнулась кому-то из музыкантов, а затем…

Затем Сашок понял, что очень не зря сюда пришел сегодня.

И все звезды правильно сошлись.

Потому что девушка встала и, мягко покачивая бедрами, пошла на танцпол.

Она сейчас танцевать будет!

И Сашок ее перехватит!

И никакие официанты его не остановят!

— Александр… Вы меня не слушаете?

— Нет, — коротко сказал Сашок и, промокнув губы салфеткой, рванул на перехват добыче.

Правда, на пути его внезапно возникли препятствия в виде других танцующих, через которых пришлось пробиваться, но Сашок был упорным, и красное платье ярчайшим маяком сигнализировало, что в правильном направлении движется…

Вот только забыл Сашок, что красный — это всегда сигнал запрета движения…

Когда до девушки оставалось всего пару метров, внезапно зазвучала томная латина, а на красное платье легла смуглая татуированная лапа какого-то громилы настолько дикого вида, что Сашок, которого, казалось бы, ничего уже не могло остановить, тормознулся на полном ходу и замер, с неверием и досадой изучая того, кто оказался на его пути.

Огромный мужик, темноволосый, смуглый, небритый, в белой футболке, бликующей в лучах освещения, полностью заслонил от Сашкиного взгляда девушку в красном.

Он был настолько здоровенным, что, казалось, занял все пространство танцпола. И народ, поспешно расступавшийся по сторонам, это подтверждал.

Музыка не прекратилась с появлением нового персонажа, но стала еще более медленной и сексуальной.

А девушка, наверно, единственная, кто не испугался этого зверюгу, мягко оттолкнула его лапу, скользнула в сторону, словно собираясь скрыться в толпе, но мужик не позволил ей так поступить, легко вернул в свои объятия, властно и уверенно прокрутив в танце и даже чуть подбросив вверх.

Сложилось впечатление, что он сейчас ее просто на руки возьмет и утащит прочь, как неандерталец свою добычу, но девушка снова каким-то образом сумела увернуться!

Она мягко повернулась, красная юбка хлестнула ее по бедрам, обвилась вокруг стройных загорелых ног…

Мужик усмехнулся, протягивая ей руку и давя взглядом, черным, как сама преисподняя.

Девушка помедлила, будто раздумывая, надо ли ей это… И, чуть колеблясь, доверчиво вложила изящные пальчики в широченную грубую лапу.

А дальше Сашок увидел самый горячий, самый сексуальный латинский танец из всех, что когда-либо ему доводилось встречать. Не то, чтоб он был любителем, но по заведениям в свое время пошлялся.

И одна из бывших его девок сильно уважала старый фильмец про грязные танцы, там что-то про Кубу было, кажется. И парни с девчонками танцевали так, будто трахались прямо на танцполе.

Так вот, те танцы по сравнению с тем, что сейчас происходило — вообще святая невинность!

Мужик с замашками дикаря так крутил, вертел и тискал девушку в красном, что удивительно, как она еще в платье своем оставалась!

Было полное впечатление, что еще чуть-чуть — и все, голая будет!

И в то же время, от одного взгляда на них, становилось горячо. Невероятно горячо, словно при просмотре офигенной эротики.

Они не раздевались, никаких таких движений не позволяли, но так смотрели друг на друга…

Мужик — жадно, ноздри раздувались, словно у быка, мышцы на огромных плечах напрягались до каменного состояния.

А девушка — с намеком, полуулыбкой, обещанием, настолько явным, что у Сашка все прямо привстало и падать вообще не хотело.