Шрифт:
Одна?
Реально?
Быть такого не может!
Наверно, просто никто не успел среагировать… Значит, Сашок первый будет!
В себя он пришел от похлопывания по плечу.
Поднял взгляд, с трудом оторвав его от такой залипательной задницы, и понял, что официант уже пару минут как пытался обратить его внимание на себя.
— Эм-м-м… Сухариков каких-нибудь… — прохрипел он, чуток потеряв концентрацию и показав таким образом свое рабоче-крестьянское происхождение и то, что детство его не в школе для мажоров прошло, а в пгт рядом с Самарой.
— У нас, к сожалению, нет в меню сухариков, — официант был предельно вежлив, — но могу предложить крутоны…
— Ага… — пробормотал Сашок, снова возвращаясь взглядом к девушке.
Она повернулась.
И теперь, когда Сашок увидел ее в профиль, поведение окружающих мужиков стало еще более непонятным.
Она была здесь до его появления… И, судя по ополовиненному коктейлю, дольше, чем пятнадцать минут. И что, никто такое чудо до сих пор не утащил? Где у них у всех яйца?
Или бабла на такую крошку не хватает?
Ничего… У Сашка хватит.
Хотя бы на ночь.
Это же… Это же пиздец, чего такое… Даже среди эскортниц в Москве и в Дубае таких не было…
— Эм-м-м… — снова отвлек его официант, — позволю себе совет…
Сашок с удивлением посмотрел на него.
Какие советы еще от обслуги? Совсем они тут, в провинции, мышей не ловят. Ни манер, ни обучения. А еще элитное заведение…
— Я заметил, что вы… обратили внимание на эту девушку… — официант не показал прямо на интерес Сашка, а просто чуть-чуть обозначил направление подбородком, таким образом дав понять, что интерес гостя не остался незамеченным.
Сашок кивнул, радуясь в душе, что все так просто, оказывается, решается.
Девочка, значит, от заведения работает. И сейчас ему назовут цену.
— Я очень вам советую, — продолжил официант, — не пытаться с ней… Пообщаться. И даже не смотреть на нее. Пожалуйста.
— Чего? — Сашок удивленно поморгал, посмотрел на девушку, о чем-то болтавшую с барменом, а затем помахавшую музыкантам, вышедшим на сцену и как раз настраивавшим аппаратуру.
— Эта девушка… Она, как бы, очень сильно занята. Очень.
Официант говорил это крайне убедительным тоном, и взгляд его не бегал.
— Сегодня? — уточнил Сашок, — очередь на нее? А завтра?
— Она — не такая, — ответил официант, — она всегда занята. А нам… Не нужны проблемы.
— Какие еще проблемы? — удивился Сашок, — вы тут попутали, что ли, все? Ты знаешь, кто я такой?
— Нет, — спокойно ответил официант, — но я знаю, кто она такая. И сейчас прошу вас покинуть заведение.
— Чего??? — удивлению Сашка не было границ.
Чтоб его, ЕГО! Выгнали из ресторана?
Да такого вообще никогда не было!
Да что они тут о себе думают???
— Охуел? — вызверился Сашок на официанта, — менеджера мне сюда!
Официант кивнул и отошел в сторону.
А в следующее мгновение возле столика появился здоровенный мужик в строгом костюме. Охрана.
Он молча, не вступая в прения, поднял Сашка, как-то очень ловко и незаметно для окружающих скрутив его. Это было до такой степени больно, что Сашок онемел и лишь глаза выпучил.
Его провели мимо столиков, мимо бара, где сидела и болтала с барменом офигенная девушка в красном, даже не заметившая ни интереса Сашка, ни того, что его из-за нее сейчас выкидывали из ресторана, словно пса шелудивого.
И это было почему-то самым обидным.
На улице Сашок, поднявшись с асфальта и отряхнувшись, постоял немного, исходя злобой и придумывая планы мести.
Но, так ничего и не придумав, решил чуть поподробнее узнать, что это за баба такая, на которую даже смотреть нельзя. Узнать, а потом уже решить, каким образом ее поиметь.
То, что он это сделает, сомнений не возникало.
Не тот человек Сашок, чтоб вот так просто его можно было вышвыривать из ресторана.
Так что эта сучка сполна ответит…
Эпилог. Из толпы
Второй раз в это заведение Сашок попал только через неделю, практически, перед отъездом.
В тот день, когда его позорно изгнали, словно пса шелудивого, он, пылая яростью, пошел в шашлычку на пляже, там утешился местной чачей и шашлыком, а затем и вполне симпатичной туристкой, которая в полумраке и после поллитры показалась ему куда симпатичней той стервы в красном, которая даже не заметила, что он, Сашок, из-за нее пострадал.
Утром было похмелье и протрезвление, и ночные подвиги выглядели в этом свете совсем не очевидными. Как и намерение отомстить стерве.